– Пьёте всякую дрянь, – с лёгким раздражением вынес вердикт незнакомец, – но не ваша вина. Лино иногда любитель поэкономить! Может быть вам остановиться здесь? Собрать силы? Здесь есть вполне приличные комнаты, я могу позаботиться об этом.
Незнакомец обвёл глазами залу.
– Странно, что я не вижу Лино. Куда этот господинчик делся. Ну да пёс с ним, услышит про деньги и появится. Так как?
Он смотрел с тревогой на Магду. Это было приятно и смущающее одновременно. О ней, кажется, хотели позаботиться, и ещё, похоже, она понравилась этому человеку. А он ей?
Магда спохватилась. Она не имела права думать о нём. Её вообще не должно было быть здесь. Более того, она даже имя его не выяснила, рассудив, что не стоит знать имя человека, которого она встретила случайно и не должна больше встретить никогда.
– Не стоит, – резко отозвалась Магда. Эту беседу надо было прекращать, ни к чему хорошему она не могла привести.
Незнакомец взглянул на неё с удивлением. Непонимание перемены её настроения было явным. Но Магде было уже всё равно. Она увидела, как за свою стойку вышел, видимо, трактирщик, тот самый Лино, и его вид ей не понравился. Грузный, добродушный мужчина, отирал от чего-то алого руки…
– Если я вас чем-то обидел, – начал незнакомец, всё ещё не понимая причины такой перемены, – или если как-то выразился, что вы могли неправильно понять…
По залу шёл человек в тёмном плаще. Сомневаться в том, кто это, не было возможности. Он уже приблизился к ним, рванул Магду вверх. Прежде Филиппо не позволял себе такого поведения, но Магда не стала спорить и поспешно рванулась за ним, бросив на ходу несколько монет, превышающих стоимость ужина.
– Эй, поосторожнее! Вы ещё кто? – незнакомец встал на пути Филиппо и тот, глянув на него, вдруг отшатнулся, словно увидел кого-то знакомого, которого не ожидал увидеть. – Верни девушку на место, не хватай её руками как свинья.
– Всё в порядке, в порядке, – заторопилась Магда, – спасибо за беседу, я ухожу.
– С этим? – удивился незнакомец.
Магда не ответила и скользнула прочь. Филиппо, теперь уже он спешил за нею, поспешил следом, видимо, отпихнув с пути изящного незнакомца. Магда не теряла времени, не останавливалась, не спрашивала, она понимала, что реакция Филиппо могла быть подобной только в одном случае – что-то пошло не так.
В темноте, на выходе из трактира, Филиппо догнал её и оттолкнул в темноту, за угол.
– Ну? Что случилось? – шёпотом спросила Магда. Она ждала, что сейчас Филиппо извинится перед нею и всё расскажет.
Но вместо извинений он напустился на неё:
– Ты обалдела? Ты совсем обалдела, Магда? Где голова твоя? Ты что творишь?
Подобное было слышать удивительно и неприятно, а самое главное – непонятно, ведь Филиппо никогда не позволял себе подобных фраз по отношению к ней.
– Да что случилось-то? – зашипела Магда.
– Ты серьёзно? Ты ещё спрашивать решила? – Филиппо не сразу утих. Только когда освещение трактира и луны выхватило искреннее недоумение на лице Магды, он выругался и спросил с отчаянным смешком: – ты что, получше места не нашла, чтоб друзей завести?
Магду даже смех разобрал.
– Да он просто подсел ко мне! Ничего серьёзного. Он переводчик. Живёт где-то рядом.
– Переводчик? – перепросил Филиппо с хриплым смешком. – И что же он переводит? Души невинных? Магда, ты правда дура или притворяешься?
Магда молчала. Она не могла понять в чём провинилась. Ну да, возможно не стоило заговаривать с незнакомцем. Но это же не повод называть её дурой! И потом, она ему даже имя своё не сказала, то есть, то, под которым известна. И не сказала кем и где служит!
– Похоже, что дура, – решил Филиппо. – Ну тогда просвещаю. Только что ты мило болтала и флиртовала с принцем Гасионом, известным как лидер Чёрного Креста, поздравляю!
Сначала Магда нервно хихикнула, решив, что Филиппо шутит, потом хватанула ртом воздух – как-то тяжело стало дышать, потом обхватила голову руками и сползла на землю, пытаясь сообразить что натворила.
Нет, она и не обязана была знать как какой культист выглядит, но только она могла так вляпаться! А ведь он показался таким милым, и такое тепло было от его взгляда, и…
– Это точно? – тихо спросила Магда, когда мысли перестали путаться. – Ты не шутишь?