Кто-то подрался в таверне. Кто-то пытался кого-то ограбить, кто-то соблазнился молодой приезжей прелестницей… что делать – чем больше народу, тем больше проблем. Значит, зачинщикам драки и жертве сутки провести в темнице и выплатить штраф, хозяину таверны штраф – за беспорядок. Ограбленному посочувствовать и попенять, пообещать милости Города. Прелестнице…
Магда не придумала ничего лучше, чем попенять за позднее шатание по улицам в одиночку. Потом, правда, утешила, но девица уже успела повторно разрыдаться.
И так с утра до вечера. Всё время что-то происходило. Или кто-то желал засвидетельствовать почтение, или кто-то что-то терял, или кто-то что-то хотел… словом, Магда должна была реагировать – посылать людей Дознания и Служения, тут уж кто под руку попадётся, кого-то слушать, провожать, указывать дорогу. Присесть надолго не удавалось. Поговорить с кем-нибудь не о делах тоже. Все дознаватели были в делах и на бегу не удавалось перекинуться словом. Филиппо Магда вообще почти не видела с самого Совета – на него была возложена обязанность по проверке всех ходов и ворот Города, и это означало, что он лазил и шастал по самым закоулкам со стражниками.
Бартоломью желал безопасности Города.
Так как Магда всё время находилась на улице и в движении, от неё не укрылось несколько фактов, которые привели её к печальному выводу: всё Дознание, в том числе и Морис, и Конрад и Элрик, всё было какое-то… расслабленное. Никто не был похож толком на дознавателя в эти дни. Все они были не против потрепаться, пустить слухи или напитаться ими, и ещё спихнуть по возможности часть своей работы на кого-нибудь другого, кто не умел уворачиваться и не был наглым.
Магда даже сделала замечание Конраду, когда увидела, что он отдаёт бумаги на проверку бестолковому Альке, хотя она сама поручала это ему, Конраду!
– Да ладно тебе, – пожал плечами Конрад, – пусть учится!
Он даже не смутился, словно она и не была авторитетом. Задумавшись об этом, Магда поняла, что и впрямь – она им не такой уж и авторитет. Может быть, в коридорах ей ещё кланяются и приветствуют, может быть, встают, когда она входит, но… на этом всё.
Под тяжестью выводов Магда направилась к Бартоломью, который все эти дни подготовки к похоронам Володыки прежнего, проводил у Володыки нового, то есть, у Габриэля.
– А, вот и ещё один твой друг! – Бартоломью приветствовал Магду весело. Несмотря на все обстоятельства и траур дней, у него явно было хорошее настроение и Магда застала его, что-то показывающего Габриэлю в книге. Габриэль, что-то записывающий, прервался и взглянул на Магду с удивлением. Её не ждали. Похоже, что Габриэль и вовсе никого не ждал. Бледный, ещё бледнее, чем в ту ночь, когда умер Володыка, он осунулся, стал походить на больного.
– Здравствуй, Магда, – сказал Габриэль тихо.
– Прошу прощения за беспокойство, – Магда устыдилась своего вторжения. В конце концов, что мешало ей дождаться Бартоломью и с ним обсудить уже всё дело? зачем же пришла? – Я не хотела мешать…
– Ничего, мы всегда рады друзьям, – заверил Габриэль, и Магда заметила краем сознания совсем чуть-чуть, но всё же покоробившее «мы».
– К тому же, давно пора прерваться, – Бартоломью, однако, его тоже поддержал. – Как в Городе?
В Городе… о Городе Магда и пришла поговорить. Но выливать полностью своё неудовольствием своими же дознавателями она не стала. Начала с малого, рассказала о слухах. Поначалу она говорила осторожно, боясь, что какое-то её высказывание будет звучать обидно для Габриэля, всё-таки среди всех служителей он вызывал у неё какую-то симпатию, вдобавок, ему предстояло быть Володыкой и Магда была уверена в том, что кандидата на эту роль лучше и не найти. Но его не задевали слухи. Кажется, Бартоломью подготовил его. Магда поняла это по тому, как Бартоломью наблюдал за Габриэлем, пока Магда говорила, как считывал его реакцию, и, похоже, был весьма доволен.
Габриэль не расстроился, спросил только:
– Все так говорят?
– Говорят самое разное, – заверила Магда, – кто-то говорит и в твою… в вашу пользу, Володыка.
Только сейчас до неё дошло, что это уже не просто Габриэль, простой её собеседник из числа Служения, примерно равный е й по званию. Это Володыка. Володыка Святого Престола, его Хранитель, служитель Пресветлого.