– Да мне сейчас сгодится, – Магда обернулась к Морису, – ну мы, короче, поняли друг друга? Чтоб его никто не видел лишний раз.
– Сделаем! – подмигнул Морис и, взглянув на Мартина с неприкрытым смешком, на удивление легко скрылся за дверьми Зала Дознания. Практически тут же за дверьми раздался хохот…
Мартин догадывался о чём там смеялись дознаватели, но это его не смущало, догадывался он и о том, что речь у Магды и Мориса шла о Борко – разжалованном Главе Городской Стражи, это его не надо было лишний раз видеть.
Но разве это его касалось?
– Так чего тебе? – Магда напомнила о себе грубо и резко, но это было привычно.
– Простите, – Мартин склонил голову, – я сейчас имел довольно странный разговор со своим начальством, с Всадницей Агнесс.
– Я знаю, что она твоё начальство, – перебила Магда, – если она попросила тебя уйти в отставку, это не ко мне.
– Нет, дело не в этом. Она…мне показалось странным, что она уже прикидывает кандидатуры на пост Верховного. Она спрашивала моего мнения.
– Твоего? – Магда криво ухмыльнулась, явно объясняя Мартину что значит его мнение на её собственный взгляд.
– Тем не менее, – твёрдо отозвался он и рассказал как можно короче и осторожнее о странном поведении Агнесс. Во время рассказа к нему пришло запоздалое осознание, что Магда его сейчас решит высмеять и сделает это заслуженно – разве Агнесс говорила о чём-то подозрительном? Или вела себя как-то странно, и это не имело причины? Имело! Она была выпившей, и ещё – она потеряла уже своё начальство.
Но грозы неожиданно не последовало. Мартин удивился этому – он, разумеется, не мог знать о том, что Всадник Бартоломью совсем недавно и сам вёл Магду к выводу о том, что виновен в смерти Верховного тот, кто больше всего от этой смерти и выигрывает. Себя Бартоломью, конечно, пропустил…
А так – сходилось! Вино, явная тоска, упаднический разговор и прикидка на должность.
– Решать о должности ведь будет Володыка, – Мартину было неловко от её молчания, он ждал грозы и обвинения в паранойе. Но ни следовало ни того, ни другого.
– Что-то в этом есть, – промолвила Магда с тяжёлой мрачностью. – Определённо есть. Агнесс на сегодняшний день и впрямь выигрывает от смерти Верховного. Мозгов, правда, у неё…
Она встряхнулась, спохватилась.
– Значит так, – сказала Магда строго, – если в кабинете Агнесс появится кто-то необычный, или она будет странно себя вести или говорить о должностях…словом что-то такое будет, ты должен немедленно сообщить мне! Это твой долг, и ты должен встать за этим долгом, не посчитавшись ни с чем!
Тут тоже не без подсказки Бартоломью. Он наставлял её:
– С такими людьми как Мартин прекрасно работают фразы о долге, чести и обязательстве. Манипулируй ими и получишь всё, что только захочешь. Долгом можно убить совесть и любое другое чувство.
Сейчас она проверила. Мартину было неприятно такое слышать, но он знал, что сам почуял неладное и сам же передал Магде свои нелепые, и, как ему всё отчётливее становилось ясно, подозрения, и долг…она права!
И потом, если подозрения нелепые, а это казалось Мартину именно так, можно ведь и согласиться, а там просто нечего будет докладывать.
– Иди! – разрешила Магда.
Обошлось без ругани от неё, зато сам себя Мартин ругал, возвращаясь к себе – и что ему в голову взбрело? Ну решила Агнесс подумать о будущем, о возможном, это же не делает её убийцей! И подозрения… откуда они?
Пока Агнесс пыталась снова пить горькое вино и найти исток своей тоски и безысходности, Мартин ругал себя за нелепый донос, а Магда неслась к Бартоломью, весьма и весьма довольная тем, что есть возможность с ним повидаться лишний раз, Всадник Рогир был занят делом.
Он пришёл к простому выводу: смерть Верховного важна тому, кто больше всего от неё выигрывает. А кто выигрывает? Враг или соперник. Врагов было много, но в любом случае, это был не только внешний враг, который мог быть представителем любого культа. Проблема была в том, что враг, даже если и был с внешней стороны Города, он всё равно был при поддержке врага внутреннего – кто-то же сдал ему ходы и расположение комнат Верховного? То-то же!
Конечно, можно было бы поверить на слово, что это разжалованный ныне Глава Городской Стражи – Борко, а можно было не быть дураком и проверить всё самостоятельно. Или хотя бы попытаться.