Она протянула левую.
Бартоломью взял одну из свеч, та нервно заплясала в его руках огоньком, но не потухла, и перехватил её руку повыше запястья.
–Мне нужны преданные мне люди, – сказал он, глядя ей в глаза. Свеча в его руке приближалась к её коже. Магда чувствовала жар, но не позволяла себе отвести взгляд, посмотреть на угрозу, на тепло, которое уже не грело, а приносило неудобство её коже.
Терпела! А может быть решила, что это очередная проверка на преданность от Бартоломью. Или наказание.
–Мне не нужны безответственные пьянчужки, которых нельзя найти в самый нужный момент, – продолжал Бартоломью. Свеча и ему жгла пальцы, но он неумолимо приближал её к запястью Магды. Запястье подрагивало в его руке, но Магда не пыталась освободиться, только губу закусила, боясь закричать, когда случиться неизбежное.
–Я же могу на тебя положиться? – спросил Бартоломью.
–Да-а, – прошелестела она тотчас. Даже не колебалась. Огонь уже был близок, лицо её шло красными пятнами, но она всё равно не дёрнулась.
Бартоломью рывком отшвырнул её руку и вернул резким движением свечу на место. Какое-то мгновение он всерьёз хотел обжечь её, наказать, но это желание прошло. Ничего, так ещё внушительнее, красноречивее!
Она шумно выдохнула, не веря, схватилась за своё запястье. Ожогов не было.
–В следующий раз пожалеешь, – предупредил Бартоломью, и у Магды не было ни единого основания, чтобы ему не поверить.
–Я не подведу! – горячо заверила Магда. Внутри неё колебалось нервное, изуродованное счастье. Счастье, которое не мог понять Бартоломью, ведь то, что для него выглядело угрозой, для Магды значило следующее: он не стал причинять мне боль, он простил меня!
–Не подведу, нет, не подведу, – шептала Магда, голос её ещё предавал, она не могла обрести силу. – Да я и сегодня…я же не собиралась. Это всё Лотара!
Лотара? Канцелярская крыса?
Бартоломью, конечно, мог сказать, что у Магды должна быть своя голова на плечах, и не надо всё скидывать на Лотару, которая всего лишь занимается бумагами и не имеет такой власти как Магда. Но сорвать раздражение было бы очень удобно…
–Лотара значит, – задумчиво повторил Бартоломью, – что ж, хорошо, я поговорю с нею. Ступай.
Магда заискивающе заглянула в его лицо, ища признаки прощения, но мысли Бартоломью скрылись за спокойствием, и оставалось только поклониться и поползти к себе – переживать происходящее и медленно-медленно выдыхать. О том, что будет с Лотарой, Магда и не подумала – по её мнению ничего страшного приятельницу не ждало.
В общую залу Дознания Магда вошла с триумфом. Конечно, она занимала весьма значительный пост, но только что на глазах половины Дознания она села в лужу и положение её пошатнулось. Ожидая её появления, народ перешёптывался, прикидывая о том, что будет с Магдой, и накажут ли её?
–Как по мне, – усмехался могучий воитель Морис, больше напоминавший скалу или медведя, чем служителя креста в отделении Дознания, – ничего страшного не произошло. Ну ведь ничего не случилось!
–Но зачем-то её искали, – напомнил Конрад. По натуре внешней он едва ли мог напомнить кому дознавателя – маленького роста, сутулый, с не самым острым зрением…
Но тот, кто подумал бы о нём пренебрежительно, удивился бы, увидев Конрада в действии, во время допроса какого-нибудь враждебного элемента. Там Конрад преображался, точно маска сходила с его доброго лица, и оставалось что-то звериное, хищное, и маленький рост, и сутулость казались неестественными, яростными проявлениями злой натуры.
Но кончался допрос и из комнаты выходил маленький хилый человечек.
–Доброго дня, – Магда вошла воскресшим чудом. С тихой улыбкой, довольная тем, что обошлось и она прощена, но всё ещё в нервности.
–Ох ты ж…– не выдержал Морис.
–Что-то не так? – поинтересовалась Магда.
Она знала причину такой реакции. Знала и то, что все из тех, кто сидел здесь за столами, да устраивался в креслах в свободные часы, недолюбливал её. В отличие от канцелярии Дознания, здесь были воины, каратели и дознаватели жёсткой масти и то, что она была в их рядах – не делало ей чести в глазах её же соратников. Но вслух ей никто этого никогда не высказывал, в работе относились все с подчёркнутым уважением, но Магда всё же оставалась как бы в стороне ото всех во время этих свободных минут и полусвободных, проходящих в общей зале Дознания.