Илья Максимович благодарно покивал и торопливо ушёл куда-то вдаль по коридору. Он не оглядывался, пока не пропал за поворотом. Но, как только его фигура скрылась, Руся немедленно присела на корточки.
- Эй, куда спрятался? - ласково спросила она, заглядывая за полуоткрытую дверь. - Выходи - поболтаем!
А когда нечистик появился - бочком, бочком, стеснительно, но вышагал из-за двери, Руся рассиялась улыбкой на его милую неуклюжесть.
- Ты кто? - наивно спросила она.
- Хохлик это, - подсказал ворон, - здешнего домового помощничек. Так?
Тот похлопал на ворона насторожёнными глазками, едва видными из шерсти, а потом перевёл взгляд на толмачиху. Та и спросила, дотянувшись до него ладонью, приглашающе раскрытой:
- Ты хохлик? - И тут же ответила: - Он я, он! Хохлик, а что в этой комнате случилось? - Это уже Руся вопрос Данияров задала.
- Ой, а страсти-то там какие! - всплеснул лапками хохлик. - Ты дверь-то закрой, толмачиха, а я тебе всё и расскажу, пока хозяина моего нету, домового-то.
Пока хохлик болтал с Русей, Данияр заглянул в открытый кабинет. Вдох - и он сразу сдержал дыхание. Пахло гнилой рыбой и чёрной, гниющей же тиной. Пахло деревом, многие годы полузатопленном в стоячей воде… Сам довольно просторный кабинет из мебели мог похвастать разве что сиротливо стоявшей у стены низкой тёмно-коричневой тумбочкой. Судя по мелкому сору и чуть заметным полосам на линолеуме, мебель здесь была, но вытащили её отсюда более чем поспешно. Хм. Кажется, сотрудники в этой конторе сидят в других кабинетах - и довольно кучно. Уже из-за сырости Данияр их хорошо понимал: оставаться в этом помещении, даже несмотря на гнетущую атмосферу, - явная угроза получить, как минимум, астму.
Что ж. Район недавних новостроек. Видимо, ставили дома на земле, которая ранее была густо заселена нечистью.
Данияр закрыл дверь. Да, помещение наполнено странной атмосферой, которая в жаркий августовский день заставляла ёжиться то ли от холода, то ли от озноба. И тут же вздохнул - снова с той же мыслью: как хорошо, что у него есть Руся! Он бы тоже определил, кто тут из нечисти шалит, но с толмачихой расследование пройдёт быстрей.
А через минуту уже знал, в чём дело!
- Раньше-то тут болото было! - тараторил хохлик, а следом - как опытная синхронистка, Руся. - А потом понастроили домов, да не везде болото ушло. А где болото - там ведь и вредь всякая. Вот здесь и появилась Леднея-трясуница, свои порядки начала наводить! Не приди вы с вороном (он опасливо покосился на Данияра) ещё пару дней, Леднею-трясуницу отсюда и не выставить будет! Уж мой-то хозяин так с нею дрался-ругался, ан нет - не получается её отседова повыгнать. Но уж теперь-то надёжа одна только на ворона. Выгонишь ли? - жалостливо обратился хохлик к ворону.
- Выгоню, - уверенно сказал тот.
Хохлик ещё немного попричитал, благоговейно глядя на толмачиху, а потом сгинул, словно и не появлялся.
- Ты понял, что он говорил? - немного с недоверием спросила Руся.
- Понял. Он говорил про Лихорадку - это нечисть с болот. Если человек селится на болоте, он должен быть готов к тому, что однажды в дом войдёт она, Леднея-трясуница, и попробует выгнать хозяина дома с этого места.
- Почему?
- Она считает это место своим, - пожал плечами Данияр. - А нечисти обычно трудно объяснить, что времена меняются. Что приходится порой уступать даже свои владения и искать другие пристанища. Так что вызываем Илью Максимовича, говорим, что придём завтра чистить помещения - он сказал, у них два кабинета нехорошие. Значит, Леднея-трясуница успела нагнать болотный дух не только в этот. А у меня с собой нет нужных трав и камней.
И они вызвали Илью Максимовича, объяснили ему ситуацию с завтрашним днём и заручились его позволением прийти назавтра. Он, слегка не только встревоженный, но теперь уже и преисполненный надежды, проводил их до выхода из учреждения. Хохлик, судя по всему привычно усевшийся на его плечо, оттуда и помахал лапкой Русе.
Пока ехали домой, Данияру позвонил Степан. Судя по голосу алконоста, он был страшно разозлённый.
- Что случилось? - спокойно спросил Данияр, чуть склоняясь к Русе, чтобы слышала и она.
- Сегодняшняя встреча отменяется! - рявкнул алконост. - Анжелика требует от вас передать всё то, что вы знаете об упырях и тех некромантах. В письменном виде и с подробностями! Только потом, после анализа этого материала, она собирается говорить с вами о происшествии на вокзале!
- Приезжай сам, - хладнокровно предложил ворон. - Записывай адрес. И поделимся информацией, и поговорим о том, о чём хотела бы поговорить Анжелика. Можно под запись. У тебя в мобильнике есть такая функция?
Тот осёкся на полуслове. Помолчал, а потом медленно сказал:
- А что? Неплохой поворот. Приеду. Говори адрес - буду после семи.
И распрощались.
Выйдя на своей остановке, Данияр вдруг замер, а когда Руся вопросительно оглянулась на него, он предложил:
- Иди домой, к бабуле, а я быстро сбегаю в магазин за продуктами. Что-то у меня впечатление, что холодильник почти пустой.
Руся, на автомате взявшая протянутый ей пакет с травами, тут же возмутилась:
- А что? Вместе нельзя? Может, я тоже чего-нибудь хочу? Мороженого, например?
- Я думал, ты устала и голодна, - усмехнулся ворон.
И они побежали к магазину.
А когда вышли, девушка подняла глаза к табло с электронными часами на остановке и ахнула:
- А мне показалось, мы так быстро всё сделали!
- Ты упускаешь из виду, что поездок было много - и все разные, - заметил Данияр, тоже вздохнувший: время - половина четвёртого! А потом покосился на девушку. Та старалась утаить, что постоянно зевает. Ничего. Придут домой - он категорически отправит её домой спать! Иначе ночью проку с неё будет мало.
В квартире Данияра сидела одна Карина и увлечённо читала книги с “эзотерической полки” стеллажа, которую Данияр старательно собирал когда-то, пока не надоело. Видение толстых продуктовых сумок взбодрило её: девушка-ворон тут же побежала на кухню разгружать эти сумки и планировать будущий ужин. Уже откровенно зевающую Русю Данияр лично проводил до бабули, успел услышать бурный восторг той при виде пакета с травами и цветами и втихаря улыбнуться, вспомнив, что и себе он кое-что для колдовских смесей надрал, пока шагали дачной тропкой.
Вернулся к себе и спросил у Карины, хлопочущей на кухне:
- А где Митя?
- Ему позвонили друзья, и он ушёл. Сказал, что ненадолго, - доложила Карина.
- Когда был звонок - помнишь?
- Около двенадцати, - уже растерянней сказала воронушка, глядя на кухонные часы. - Но он сказал…
- Ненадолго… - закончил Данияр и помог ей расставить последние вынутые из сумок продукты. Потом они посовещались, и Карина сказала, что сама будет готовить ужин, потому что не собирается сидеть на его шее и сама успела сбегать в магазин за некоторыми полуфабрикатами, если что…
Данияр вернулся в комнату и снова прикипел глазами к часам. Четыре вечера. И Митя один. Позвонить? Но если он с друзьями. В безопасности?.. Ближе к пяти прибудет Александр Михайлович… Позвонить Мите именно тогда?
На время выбросив мысли о парнишке-вороне, Данияр занялся записями, которые намеревался продиктовать Степану. Чтение и вписывание вспомнившихся моментов ночного происшествия так увлекло, что он чуть не подпрыгнул от дверного звонка.
Приехал Александр Михайлович, а с ним в квартиру вошла и Руся, которую о его приезде предупредили “знакомые” барабашки.
Шестой час. На кухне Карина уже привычно расставила блюда с такими закусками, которые можно брать, почти как со шведского стола. И которые тем удобны, что их можно оставить на потом. Первый вопрос Руси:
- А где Митя?
Данияр кивнул и взялся за мобильник. Спустя чуть ли не минуту незнакомый пьяный голос вопросил:
- Хто? Дани… Фиг знает, что тут у него написано… Дани… яр?