Блу никогал не видела Нив, поэтому о своей сводной тёте она больше знала благодаря Гуглу, чем по личным воспоминаниям. Блу понятия не имела зачем Нив приезжает, - но знала, что Мора и две её лучшие подруги, Персефона и Калла, вели массу таинственных разговоров шёпотом, обсуждая предстоящий визит. Эти разговоры обрывались, сменяясь прихдебываением кофе и постукиванием карандашами по столу, когда Блу входила в комнату. Но ту не особенно волновало визит Нив. Подумаешь, ещё одна женщина в доме, который и так ими переполнен.
Наконец Нив приехала - весной, когаб тени гор на западе казались длинней обычного. Открыв дверь, Блу подумала, что перед ней стоит какая-то незнакомая старушка, но затем её глаза привыкли к алому закатному свету, лившемуся сквозь ветви, и она поняла, что Нив чуть старше Моры, которая была ещё совсем не стара.
Где-то вдалеке выли собаки. Блу не удивилась. Осенью охотничий клуб Англенби почти каждые выходные травить лес. Блу знала, что означают эти неистовые завывания гончик: они напали на след.
- Ты дочь Моры, - произнесла Нив - и добавила, прежде чем Блу успела сказать хоть слово : - В этом году ты встретишь свою любовь.
Глава 1. Блу
На церковном дворе стоял любый холод. Ещё до появления мёртвых.
Каждый год Блу и её мать, Мора, приходили на одно и тоже место, и каждый раз был очень холодно. Но в этом году, без Моры, казалось ещё холоднее.
Было 24 апреля, канун дня святого Марка. Для большинства людей этот день наступал и проходил незамеченным. Занятия в школах не отменялись. Никто не обменивался подарками. Не было не спецыальных костюмов, ни праздничных мероприятий, ни распродаж, ни открыток, посвящённых дню святого Марка, ни телепрограмм, которые выходя. По особому случаю раз в год. Никто не отметил 25 апреля у себя календаре.
Честно, говоря большинство людей вообще не в курсе, что у святого Марка есть день памяти.
Но смерть об этом помнила.
Сидя на каменной стенке и дрожа от холода, Блу сказала себе, что в этом году хотя бы нет дождя.
Каждый год, в канун дня святого Марка, Мора и Блу приезжали сюда - к уединенной разрушенный церкви, такой старой, что её название позабылось. Эти развалины стояли среди поросших густых лесом холмов на окраине Генриетты, в нескольких милях от гор. Сохранились толкьо внешние стены; крыша и пол давным - давно провалилась. То, что не сгнило, скрылось под лозами плюща и какими-то зловонными побегами. Церковь окружала увменная стена, в которой был проделан один - единственный проход, достаточно широкий, чтобы могли пройти люди, несущие гроб. Упрямая тропка, которая словно не поддавалась сорнякам, вела к бывшей двери.
- А, - произнесла Нив, полная, но странно изящная, сидя рядом с Блу на стене.
Блу вновь, как и при первой встрече, была поражена её необыкновенно красивыми руками. Пухлые запястья переходили в нежные, маленькие, как у ребёнка, кисти с тонкими пальцами и овальными ногтями.
- А, - повторила Нив опять. - Вот это ночь.
Она сказала это так : "Вот это ночь", и Блу слегка поежилась. Она приезжала сюда вместе с матерью последние десять лет, но сегодня все было по другому.
Сегодня была ночь.
Впервые - и Блу не понимала, почему - Мора отправила Нив стородить у церкви вместо себя. Она спросила у Блу, не против ли та составить Нив компанию, но на самом деле это был не вопрос. Блу всегда туда ездила - и поехала бы и на сей раз. Не то чтобы у неё были какие-то свои планы на канун дня святого Марка. Но Мора не могла не спросить. Незадолго до рождения Блу она решила, что отдавать детям приказы - это варварство. Поэтому Блу выросла в окружении повелительных вопросов.
Она сдала и разжала замерзшие кулаки. Края митенок оптрепались. Она связала их в прошлом году, и довольно скверно, но в них был несомненный шик. Не будь Блу такой тщеславной, она могла бы носить скучные, зато удобные перчатки, подаренные ей на Рождество. Но она была тщеславной - и носила свои обтрепанные митенки, несравненно более крутые, хотя и менее теплее. И здесь никто их не видел, кроме Нив и мёртвых.
Апрельские дни в Генриетте обычно были приятны и теплы. Спящие деревья выпускали почки, обезумевшие от любв божьи коровки бились об оконные стекла. Но толкьо не сегодня. Сегодня было холодно, как зимой.
Блу посмотрела на часы. Почти одиннадцать. В старых Легенда говорилось, что караулить в церкви нужно в полночь, но мертвецы плохо следят за временем, особенно когла нет луны.