зато был запасной ключ, который сделал для меня Зак. Я достала его из маленького
углубления в крыльце, в котором его прятала.
Я провела большим пальцем по впадинкам, вырезанным в ключе Заком. Он спасал
меня даже сейчас, когда так сильно ненавидел. Я почти не расслышала лёгкого щелчка,
раздавшегося, когда я повернула ключ в замке.
Войдя в свою комнату я остановилась на середине и взглянула на висящую на стене
карту. Откуда в моей голове возникла эта безумная идея, будто я могу всё исправить? Как
может тот, кто разрушает всё, едва начав, что-то починить?
Я перегнулась через кровать, протянула руку и сорвала карту со стены. Кнопки
остались на месте, цепляясь за крошечные обрывки. Остальное я разорвала и разбросала
по комнате. Обрывки ударились о стену и упали на пол за моим телевизором.
Не знаю, как долго я рыдала, но моё горло уже разрывало от боли, когда кто-то обнял
меня. Я даже не слышала, как кто-то вошёл, но когда я открыла глаза, увидела брата,
сидящего на краешке моей кровати и прижимающегося щекой к моему плечу.
— Прости, — хрипло прошептала я.
99
https://vk.com/romantic_books_translate
— Всё в порядке.
Он погладил меня по волосам, прямо, как мама в своё время, когда мне снился
кошмар. Я совсем забыла об этом. После её ухода, я помнила лишь отстранённую
беспокойную женщину, которой она стала в конце, и совсем забыла о тех моментах, за
которые так давно её любила. Может, так было проще — не держаться за хорошее?
Я села, взяв Иана на руки.
— Иан, есть кое-что, о чём я тебе никогда не говорила. — Моя грудь наполнилась
воздухом, когда я вздохнула, чтобы набраться смелости и сказать то, что собиралась
сказать. — Это я виновата в мамином уходе.
Мой брат долго сверлил меня взглядом, после чего спросил:
— Что?
— Помнишь, какой она иногда бывала? Как она выпадала куда-то и забывала обо
всём остальном? Тогда она очень много говорила о том, что хочет навсегда пропасть в
джунглях или залечь на дно в маленькой европейской деревушке.
Он медленно кивнул.
— Да, помню немного.
— За неделю до её ухода, я участвовала в школьной научной выставке и взяла с
мамы слово, что она придёт. Даже папа на час отпросился с работы, что прийти, когда
будут выставлять оценки. Я всё ждала, что она появится. — Я отогнала слёзы, которые
угрожали политься по щекам. — Но она так и не пришла. Она забыла обо мне и провела
день, сидя в пижаме за компьютером и ища информацию о своих идиотских джунглях.
Она всё ещё сидела за ним, когда я вернулась.
Я гладила большим пальцем руку Иана, надеясь, что это поможет ему не
возненавидеть меня слишком сильно.
— Я тогда заняла второе место и была уверена, что это из-за того, что она не пришла.
Поэтому я накричала на неё так, как никогда не кричала раньше. Я сказала ей, что
ненавижу её и надеюсь, что она и вправду навсегда исчезнет в своих джунглях, — на мою
руку упала слезинка. — А потом она ушла. Я оказалась недостаточно хороша для того,
чтобы выиграть, и недостаточно хороша для того, чтобы она осталась.
Иан обнял меня, когда я снова начала плакать. Я обняла его руками, спрятав лицо у
него на плече. Он был таким сильным и широкоплечим. И когда он перестал быть
мальчиком, которого я держала на своих коленях?
— Это не твоя вина, — сказал Иан.
— Он прав, Эйвери.
Мы обернулись и увидели папу, стоящего в дверном проёме с хмурым от
беспокойства лицом. Он пересёк комнату и сел на противоположный край моей кровати.
— Никто не виноват, — сказал он. — Долгое время я винил себя. Я думал, что,
возможно, слишком давил на неё желанием скорее пожениться. Настоял на семье, к
которой она не была готова. Давал ей недостаточно свободы, внимания, любви или тысячи
других вещей, которые я мог бы делать по-другому. Но книги, которые я читал, помогли
мне понять, что дело не в нас. Дело в ней. Это она решила уйти и, что бы мы ни сказали,
она бы не осталась. Мы даже не знаем причин, по которым она ушла, но это не твоя вина.
Папа стиснул нас в объятиях, поцеловав в макушки.
— Я думала, — сказала я, вытирая слёзы, — что смогу найти её и узнать, почему она
ушла. Вот почему я всё это время хотела поехать в Коста-Рику.
Папа грустно мне улыбнулся.
— Я знаю, твоя мама много говорила о Коста-Рике, так что я догадался, что твой
интерес связан именно с этим. Наверное, поэтому я так боялся отпускать тебя, боялся, что