Его ответная усмешка полна мужского удовлетворения.
― Мне нравится твоя реакция.
Такой самодовольный. Я переворачиваю его на спину и сажусь на него.
― Правда? ― Я опускаюсь ниже, пока не чувствую давление его члена на мой вход. ― А сейчас?
Его глаза пылают. Приглашают.
― Ты собираешься оседлать меня, tesoro? Дай мне секунду, чтобы найти презерватив.
Я жду с нетерпением. Он раскатывает презерватив, затем обхватывает мои бедра, побуждая вернуться на его член. Я могла бы соскользнуть вниз, насадиться на него, и удовольствие было бы восхитительным. Но я останавливаю себя, двигаясь взад-вперед по его эрекции, скользя своим набухшим, ноющим клитором по его стволу.
Антонио стонет, низко и глубоко.
― Дразнишься, ― обвиняет он, его голос хриплый от желания. Его голубые-голубые глаза держат меня в плену. ― Перестань дурачиться и возьми мой член, как хорошая девочка.
Он держит меня за бедра и грубо и глубоко толкается вверх. Он входит до упора, головка его члена бьет в шейку матки, и меня пронзает шок.
― Да, ― шипит он, сжимая глаза. ― Вот так.
В субботу я была шокирующе мокрой и возбужденной, моя киска скользила по его толстому члену. Сегодня я такая же мокрая. Возможно, даже сильнее. Он удерживает меня на месте и трахает, каждый толчок ― это удар, и мое тело приветствует это восхитительно сладострастное насилие. Я двигаюсь синхронно с ним, приподнимаясь и насаживаясь на его твердую длину, потребность сжигает меня, как пламя. Меня трясет, я задыхаюсь, я на грани. И он тоже. Его толчки ускоряются, становятся дикими, неистовыми. Мы оба близки к кульминации.
― Пожалуйста…
― Нет. ― На его лбу выступают капельки пота, когда он вновь обретает контроль над собой. Он отпускает хватку на моих бедрах и тянет меня вниз, сжимая сосок между большим и указательным пальцами. ― Еще нет. Я обещал себе, что буду делать это медленно.
Я издаю недоверчивый смешок.
― Медленно? Ты врезался в мою шейку матки. Забудь об этом. Трахни меня жестко.
― Такая требовательная. ― Вслед за пальцами он берет в рот и зажимает мои налившиеся соски зубами. Его зубы царапают мою кожу с достаточным давлением, чтобы по всему телу разлилось тепло. ― Я буду трахать тебя так, как захочу. Медленно или быстро, нежно или грубо. И тебе это понравится.
Он не ошибается.
― Такой самоуверенный. ― Я поднимаю бедра и опускаюсь на его член, мучительно медленно, дюйм за дюймом, а он стонет и запрокидывает голову назад. ― В эту игру могут играть двое, Антонио.
― Это не игра, tesoro. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Не с тобой. ― Его губы растягиваются в улыбке. ― Это все слишком реально.
Сегодня он отшлепал меня. Прижался ртом к моей киске и довел меня до оргазма. Я стояла на коленях и сосала его член. И мое желание все еще не утолено. Я хочу, чтобы он связал меня и овладел мной. Отшлепал меня еще. Я хочу, чтобы он навалился на меня своим телом и трахал до тех пор, пока я не смогу ходить.
Он прав. Дело не только в сексе. Как бы я ни старалась, я не могу отрицать, что это гораздо глубже, чем просто плотское желание. Между нами есть связь, провод под напряжением, способный ударить меня током.
В субботу Антонио велел мне солгать. Он приказал мне сказать ему, что то, что между нами, ничего не значит, и я промолчала, застыв между страхом и правдой.
Но не сегодня.
Сегодня я впервые не сопротивляюсь его утверждениям.
― Это так, ― шепчу я. ― Все это слишком реально. ― Я закрываю глаза. ― Я слишком сильно хочу тебя. Я хожу по канату без страховочной сетки, и мне страшно.
― Ты не должна бояться. ― В его голосе нет триумфа по поводу моего признания. Его слова звучат так, будто он понимает. Как будто он действительно знает меня. Его большой палец скользит по моей нижней губе. ― Я здесь ради тебя, маленькая воровка. ― Его рот врезается в мой, а пальцы путаются в волосах. Он переворачивает меня на спину и глубоко входит в меня. ― Позволь мне быть твоей страховочной сеткой, и я никогда не дам тебе упасть.
Наши взгляды сталкиваются. Он впивается в меня голодными глазами, и я забываю дышать.
― Антонио, ― шепчу я.
― Лучия. ― Он отстраняется, приподнимается на локтях и так медленно скользит в меня. ― Моя маленькая сладкая воровка. У меня от тебя перехватывает дыхание. Каждый раз. ― Он целует меня, крепко и горячо. ― Ты сводишь меня с ума. Я не могу ни минуты не думать о тебе, ― его мозолистые руки обхватывают мои груди, сжимая их с такой силой, что я начинаю всхлипывать. ― В моей спальне твоя картина напоминает мне о тебе. ― Его пальцы дразнят мои соски, теребя и пощипывая нежные бугорки. ― В моем кабинете я не могу смотреть на свой стол, не вспоминая, как ты кончала на нем.