— Она закончится через два дня, — напомнила ему Голди.
— Я продлеваю ваш контракт еще на неделю. Филипп не против, — отрезал Руперт Стоун.
Голди онемела.
— Секундочку, я не давала на это своего согласия!
— Госпожа Смит, я могу поспособствовать вашей карьере в Кловерфилде, познакомив с нужными людьми, — ответил тот, — мои рекомендации дадут вам очень много. Я лично знаю мэра Кловерфилда, Джейкоба Салливана. Вас интересует такая протекция?
Голди нервно прикусила нижнюю губу.
В Кловерфилд она попасть не могла, но рано или поздно они туда направятся. Можно даже предложить это Беате. Полезные связи будут использованы на благо культа, Голди в очередной раз докажет, насколько она классная жрица, и с удовольствием поменяет одного мэра на другого. А скучный провинциальный городок — на маленькую столицу восточной части королевства Альба.
Нужно было лишь потерпеть еще одну неделю страха и пнуть Джеральда, чтобы быстрее завершал расследование.
— Хорошо, я останусь, — нехотя сообщила Голди, — но нужные звонки вы сделаете сегодня. И пригласите кого-нибудь из ваших знакомых на ужин в Морланде, где и представите меня им. В ближайшие пару дней.
— Идет.
Тереза Стоун покраснела от злости.
— Ты с ума сошел! У нас деньги заканчиваются, а ты раскидываешься ими! Я не останусь в этом ужасном доме!
— Дело твое, но оплачивать гостиницу будешь из своих средств, — усмехнулся Руперт Стоун, — я не дам ни монетки. И что будешь делать? У Чарли займешь?
Тут Голди заметила, что у их разговора был слушатель: Чарли Бэнкс стоял в коридоре, не замеченный никем. На лице его был написан гнев.
— Ты просто тиран! — зашипела Тереза Стоун и бросилась прочь.
Пробежала мимо брата, и тот тут же последовал за ней.
Джеральд, молча слушавший их перепалку, сказал:
— Что ж, самое время обсудить мой гонорар. Но прежде один вопрос: в случае вашей смерти кто получит от этого выгоду? Кто наследники?
— Мои дети и Тереза, как их мать, — несколько удивленно ответил Руперт Стоун.
— А ваш родственник, Чарли Бэнкс?
— Его нет в завещании. Но это и не нужно: Тереза любит брата и жалеет его. Она не выгонит Чарли на улицу. Слушайте, вы серьезно думаете, что среди моих близких скрывается убийца?
— Вы удивитесь, как часто деньги оказываются дороже жизни.
— Нелепость, — Руперт Стоун покачал головой. — Пройдемте в мой кабинет. Госпожа Смит, проверьте безопасность детей.
— Хорошо.
Голди заглянула к Денни, с которым оставила Опал, к Крису и Силвер с Шанс, но все было в порядке. Поколебавшись, пошла искать Терезу и Чарли: дневной свет не защитил бы их от нападения. Она обнаружила обоих в одной из комнат: Тереза плакала, а Чарли обнимал ее и утешал.
— Тихо-тихо, родная моя… шшш, все хорошо…
— Ничего не хорошо! Зачем я вышла замуж за этого мерзавца?! Думала, будет сытая жизнь, детям даст все лучшее, а он привез нас в это захолустье и хочет скормить местной нечисти!
— Я найду священника и приведу сюда.
— Да чем он нам поможет-то?!
— Не бойся, все скоро закончится, — пообещал ей Чарли и тут заметил Голди.
Отшатнулся от сестры.
— Вы… вы все не так поняли! Мы с Терезой росли вместе с самого детства, как родные друг другу…
— Конечно. Вы же брат и сестра? — удивилась та.
— Разумеется. А вот подслушивать чужие разговоры отвратительно, — холодно сказала Тереза, — будьте любезны уйти.
Голди фыркнула и вернулась в холл, где столкнулась с уходящим Джеральдом. Тот мотнул головой на выход.
— Надо поговорить. Идем.
— Что еще? — недовольно проворчала Голди, выходя вслед за ним.
— Убеди их оставить подношение. И следи за женой и ее братом. Дети вряд ли убили сестру, а у взрослых был мотив — деньги. Основной наследницей была Изабелла. Терезе она не дочь, с Чарли не ладила. Они могли сговориться против нее.
Голди вспомнила подслушанный разговор и попросила:
— А ты можешь узнать одну вещь? Как полицейский?
— Какую?
— Действительно ли Чарли Бэнкс — брат Терезы Стоун? У меня возникли некоторые сомнения в этом.
— Хорошо. Что там с нечистью?
— Опал пока справляется, но чем быстрее ты закончишь расследование, тем лучше. Я не хочу здесь оставаться.
— Тебе за это платят, — равнодушно ответил Джеральд, — я думал, ведьмы хорошо справляются с такими вещами.
— Ты умеешь думать? Невероятно, — едко огрызнулась Голди, — а может, нам Беату позвать, чтобы помогла разобраться?
— Беата занята распространением веры в деревнях Эрси, Виллбридж и Темберли. Справляйся сама.
— А если семью Стоун перебьют по одному?
— Они не поклоняются Калунне и упорно продолжают оскорблять ее. Если погибнут, это будет результат их глупости и твоего непрофессионализма.
Голди скривилась.
— Какая же ты злобная страшная псина. Сукин сын. Беата тебя бросит, ублюдок. И я ей в этом помогу.
Джеральд усмехнулся.
— Не лживой воровке судить обо мне. Без денег и выгоды ты оставила бы этих людей умирать. Я хоть что-то для них делаю. Увидимся в воскресенье. Ты ведь помнишь, что мне все равно, на кого из живущих в доме нападать?
Голди окаменела.
Уже к вечеру она уговорила Денни обязательно оставить подношение Калунне, пообещав, что это отгонит призрачного пса навсегда.
***
Голди смотрелась в зеркало и с ужасом видела, как ее облик искажается: нос съезжает набок, к виску, рот под подбородок, а лоб вспухает, как огромный гнойный прыщ. Из ладони полезли лишние пальцы, а из ног — крохотные шевелящиеся щетинки, похожие на тараканьи усики. Тяжелый горб пригнул ее к земле.
Запах вереска забивал ноздри, а смех Калунны звучал в ушах.
— Нравится твоя новая внешность?
— Нет! За что?
— Внешнее должно соответствовать внутреннему. Такая ты и есть.
— Я же служила! Я старалась!
— Плохо служила. Плохо старалась. Зачем мне такая паршивая ведьма?
Голди проснулась на мокрых от пота простынях. Очередной кошмар, и некого обнять, чтобы прогнать его: Александр мирно спал у них дома, Опал патрулировала коридоры, а черную Шанс выпросила на ночь Силвер. Пришлось отдать. И вот Голди одна, в чужом доме, тихо всхлипывает в ночи.
Ей хотелось убежать отсюда. Из этого места и этой жизни. Назад, в свою безмятежную юность, полную планов, надежд и перспектив. Но у нее не было способа вернуть все как было.
Будь она на месте бестолковой Силвер, давно бы убежала из Морланда и этого дома, но та лишь ныла и легко затыкалась при малейшем давлении отца. Убивать ее Голди не собиралась, но можно ли было как-то заполучить ее тело для побега? Может, предложить ей что-нибудь ценное, чтобы она сама согласилась на обмен?
Голди резко выпрямилась. Провела пальцами по лицу и коротким волосам.
Пока еще она была привлекательна, но Калунна обязательно изуродует ее снова при малейшей ошибке. Нужно было сотворить чары «Побег» и убраться прочь пока этого не случилось. Вот только Голди не знала их. А Бесстыжая Молли не хотела говорить.
Значит, надо было ее уболтать. Умаслить. Упросить. Подружиться с ней, как и с Силвер Стоун, чтобы понять, на что обменять свое спасение.
Вот оно. Обмен телами. Не воровство, не убийство. Честный обмен, с сокрытием некоторых особенностей жизни Голди. Ей нужно было добровольное согласие Силвер Стоун и обещание хранить обмен в тайне. Заключить спасительную сделку, пока бездействие не погубило ее. Сбежать и забрать Александра с собой.
Глава 5
Вернувшись на несколько часов домой, Голди провела очередной спиритический сеанс. Бесстыжая Молли, возникшая в зеркале, ей обрадовалась:
— Привет, подружка! Как дела? Не съела тебя та нечисть?