Стоит ли после этого удивляться, что ведьм жгли на кострах?
Голди зажмурилась.
А ведь они с Молли были похожи. По крайней мере, Голди так казалось. Но заканчивать так же она определенно не хотела. Цена за «Побег» стала непомерной: вечное рабство для Александра и потеря его настоящей любви, отнятие тела Силвер Стоун и горе ее выживших родственников, отказ от подруг и жизнь в бегах с муками совести.
Почему она вообще так уперлась в этот побег именно сейчас? Из-за кошмаров, которые не воплотились наяву? Или из-за удобного шанса на спасение? А была ли эта идея вообще верной?
Руперт Стоун промедлил и погиб. Его убило бездействие и чужая злая воля.
Но Тереза Стоун не должна была умереть. Она погибла именно во время суматошного, непродуманного побега, а осталась бы в доме — и все было бы в порядке.
Так что было правильно: действовать или нет? Бежать или остаться? Как не совершить роковую ошибку и не потерять свою вторую, бесценную жизнь? Как спастись?
— Голди? Что с тобой? — обеспокоенно спросила ее Молли.
— Пытаюсь понять, стоит ли мне творить «Побег», — тяжело вздохнула та, — кажется, цена за него стала слишком высока.
Молли замерла. Затем помотала головой.
— Конечно, стоит! Ты столько сделала, чтобы его заполучить! Как можно струсить в последний момент? Тебя же убьют! Тебе бежать надо!
— У меня все еще нет последней его части.
— Так открывай колдовскую книгу и записывай! Но вначале возьми бусы мои на удачу и добрую память. Надень их на шею, когда станешь этой Силвер, чтобы я точно узнать тебя смогла. А то вдруг она тоже меня вызовет, и я вас перепутаю?
Молли сняла с шеи бусы из бисера и прижала к стеклу. Недоуменно нахмурилась.
— Странно, не получается передать. А у тебя получалось.
Голди тихо хмыкнула и открыла проход между мирами живых и мертвых. Бусы вывалились на пол, и она подобрала их, после чего надела на себя. Закрыла проход.
— Спасибо, Молли. Буду беречь твой подарок, — иронично заметила Голди.
Молли насупилась.
— А ты не смейся надо мной: у меня больше ничего настоящего тут нет. Что нашла, то и подарила.
— Ладно-ладно. Диктуй чары «Побег».
Уже открывая колдовскую книгу, Голди поняла, что не будет их использовать. Не сейчас, по крайней мере. Отнять желаемое силой и колдовством — логика Бесстыжей Молли, а не Голди Кинкейд. Воровство и грабеж были разными проступками. Она подождет. Найдет новую жертву… нет, человека, пожелавшего обменяться с ней телами добровольно. Уговорит Александра уйти с ней или бросит его, если он наотрез откажется. Она же не Джеральд, чтобы загонять любимого человека в свои объятия силой. У нее гордость есть. Чувство собственного достоинства. А привороты — крайнее средство для неуверенных в себе неудачников. Она-то не такая.
И вообще, ей еще мэра Кловерфилда окучивать, чтобы стать его помощницей. И сам город захватить, чтобы это стало возможным. Куча работы впереди.
С души Голди будто бы упал огромный камень. Она повеселела и принялась бодро записывать чары под диктовку Молли.
И тут ее взгляд упал на кольцо Калунны.
Выгравированные птицы бились в агонии, а первая буква ее имени снова превратилась в череп.
Голди окаменела.
Кто-то хотел убить ее прямо сейчас.
Она резко оглянулась, но вокруг все было тихо: Шанс и Опал сидели спокойно и не реагировали на опасность. Молли игралась со своим чепчиком и не пыталась прорваться в мир живых. Угроза была где-то в другом месте.
— Голди? Дописала?
— Нет. Подожди минутку, — она выпрямилась и пошла обходить дом, прихватив с собой Опал.
Может, Пол Новак снова воскрес? Или, сражаясь с нежитью на болоте, Голди подцепила что-то еще? Кто-то из тамошних духов решил ею пообедать? Кто этот невидимый убийца?
Она напряженно обошла все комнаты, проверила защитные руны и травы, но все было в порядке. Опал недоуменно косилась на нее и ни на что не реагировала. Александр еще не вернулся со службы, и дом был пуст.
Голди взглянула на кольцо.
Птицы на нем спокойно летели, раскинув крылья.
Опасность ушла.
Голди вернулась в комнату с зеркалом, за которым Молли разбирала свои «сокровища».
— Наконец-то вернулась! Случилось чего?
— Нет. Диктуй дальше.
Голди продолжила писать, но тут ее взгляд вновь упал на кольцо Калунны.
Гравированные птицы умирали.
Голди вздрогнула и судорожно оглянулась.
Да что происходит?! Кто здесь был?! Убийца прятался именно в этой комнате! Голди сотворила чары выявления скрытого, но никто не появился. Рвано вздохнула и потерла лицо.
Ничего не происходило.
А может, Калунна решила просто посмеяться над ней, и эффекты кольца проявлялись в случайное время? Но ведь на болоте оно явно указывало на опасность со стороны неупокоенных мертвецов, готовых убить ее, если она будет им мешать! Да и какой смысл Калунне так подставлять ее?
Голди вспомнила первую Шанс: тогда она тоже бесилась, думая, что подаренный фамильяр — это издевательский утешительный приз. Но позже Шанс оправдала свое имя и дала Голди последний шанс на жизнь. Хотя Калунне живая Голди была не нужна, приз за внимательность она заслужила, и он был стоящим.
Кольцо должно было работать правильно.
— Носи при себе, если хочешь узнать, когда враг задумает тебя убить. Оно лишь предупреждает, но не защищает. Иногда смерть дышит в спину, но вы не замечаете этого. Кольцо поможет заметить. Будь внимательна.
Голди уставилась на чары «Побег» и вдруг поняла: они могли быть неправильными. Если Молли ее обманула, то ошибка в темной магии погубит Голди. Попытка отнять чужую жизнь убьет ее саму.
— Молли, зачем?
— Ты о чем это?
— Зачем ты пытаешься меня убить?
— Я? Да ты рехнулась, подружка, — возмущение Молли было довольно фальшивым, — я сижу себе, никого не трогаю, помогала тебе все время. А ты такие ужасные вещи про меня говоришь. Думаешь, раз получила полное заклинание, так можно мне в лицо плюнуть и больше со мной не дружить?
Голди вновь взглянула на кольцо. Затем на Молли.
А потом аккуратно вырвала страницу с чарами «Побега» и поднесла к пламени свечи, поджигая.
— Вот сука, — зло сказала Молли.
Птицы на медном кольце расправили крылья и взлетели.
— Так что было не так с чарами?
— Я встроила в них свое имя. Если бы ты прочла заклинание правильно, то обменялась бы телами со мной, — Молли улыбнулась.
Голди содрогнулась.
— Ты же мертва. Твое тело гниет в болоте.
— И ты бы умерла, вселившись в него. Но я добрая, а мы с тобой подруги. Призвала бы тебя, поправила чары да запихнула бы в ту богачку, как ты и хотела. И дружили бы мы с тобой на веки вечные.
Голди скривилась от отвращения.
— Тварь ты все-таки. Ничего тебе добровольно давать не хотели, вот ты и привыкла брать чужое силой. Не зря тебя сожгли и не зря утопили.
Молли засмеялась.
— Смелая какая стала. Думаешь, все кончилось?
— Думаю, да. Я никогда тебя больше не позову.
— Вот как? Что ж, значит, пришла пора мне тебя позвать. Приходи ко мне в гости, Голди. Жду я тебя с нетерпением.
Голди бросила взгляд на кольцо. То снова вопило об угрозе. Но среагировать на нее Голди не успела: бусы мертвой Молли захлестнули ей шею и, повинуясь чужому колдовству, подтащили Голди к зеркалу, впечатав лицом в стекло.
Молли насмешливо улыбнулась и коснулась его пальцем.
И Голди рухнула в болото.
Вокруг было темно, холодно и страшно. Густая грязь сомкнулась над ее головой, забиваясь в уши, рот и нос. Каждое движение лишь сильнее засасывало ее в трясину.
— Ну что, нравится тебе мое посмертие, подружка? Здесь век коротать будешь, со мной, — прошипела из темноты Молли и обхватила ее ледяными руками.
— Нет! Опал! Шанс! Ко мне!
— Никто тебе тут не поможет, как мне не помог!