Дрожь в теле усиливается. Приходится снять толстовку, чтоб та высохла. Остаюсь в одной лишь майке. Под майкой ничего нет. Соски торчат. Надеюсь, к их приходу моя толстовка успеет высохнуть. Не хотелось бы предстать перед ним в таком виде. Осмотревшись, замечаю на правой стороне от себя узкую кровать. Не успеваю и сесть, как снова слышу скрежет.
- Ох, - отхожу к стене. Хватаю толстовку. Прикрываю ею грудь.
- Джаред, что ты задумал? – этот голос я еще ни разу не слышала.
- Увидишь, - слышу разговор двух мужчин. Шагов значительно больше.
- Ты ведь не собираешься… - незнакомец замолкает, недоговорив.
- Собираюсь.
Как оказалось, их четверо. В руках Джареда что-то подобное кочерге. Прижимаюсь к стене. Охранники открывают дверь. Джаред и еще двое входят ко мне в камеру, а четвертый остается. Он со стороны наблюдает за происходящим.
Венс кивает мужчинам. Они делают шаг ко мне. Сам в это время зажигалкой нагревает конец кочерги. Что он задумал? Пытать меня? Святая Мария, скажи, что нет…
- Не подходит-те! – запнувшись кричу. Одну руку вытягиваю вперед, другой прикрываюсь. Одного из мужчин я узнаю – это Бруно. Он резко стягивает с меня толстовку. Оставляя меня без прикрытия. Сквозь мокрую белую майку, торчащие соски отчетливо видны. Это не ускользает от мужских глаз.
- О, я смотрю тебе уже жарко. А сейчас будет еще жарче! – ухмыляется он. Черт меня дернул раздеться.
- Нет! - Пособники Венса припечатывают меня лицом к стене. Бруно стягивает лямку майки, оголяя пол спины. Даже сейчас испытываю неимоверный стыд.
- Знаешь, Куин, - начинает Джаред. Молчу. Мне нет никакого дела, что он скажет. – Как в древние времена наказывали блудниц, таких как ты?.. На их теле оставляли клеймо, чтоб все знали, кем они являются. И сегодня тебя постигнет та же участь. – «Боже Мой, он ведь это не в серьез?» - Думаю, достаточно нагрелось. Джаред подходит ко мне с кочергой в руках.
- Пустите меня! Ублюдки! – кричу, пытаясь высвободится. Их двое. Мне их не осилить. Джаред свободной рукой прижимает мою голову к стене. – Молитесь, чтоб я не выбралась отсюда, потому что я приду за душой каждого из вас!
- Ты и не выйдешь отсюда, - выдыхает «Смерть Несущий». Он злорадствует. Предвкушает удовольствие от той боли, что испытаю я. Не зря его прозвали «Смерть Несущий». И в правду, встретившись с ним – последнее, что увидишь.
- А-а-а! – невыносимое жжение пронзает область лопатки. Мой крик заполняет подвал. Не чувствую ничего кроме боли. Мир меркнет перед глазами. Сознание отключается. Мозг просто не выдерживает напряжения. Сегодня столько всего навались на мою голову, что в конечном итоге сознание не выдержало. Я рада, что потеряла сознание. Так я хоть какое-то время не буду чувствовать боль.
Глава 33 В плену Смерти
Джаред Венс
Женский крик распространяется по всему подвалу. Мышцы на теле девушки напрягаются сильно. Она такая худая, хрупкая. Утонченная фигура с идеальными формами. И не сказать, что она убийца. Но часто бывает внешность обманчива. Ее голова откидывается назад, пальцы сжимаются в кулак. Я смотрю на нее и во мне что-то обрывается, словно ее боль передается и мне.
- Джаред, хватит! – громкий голос Вейлонда выводит меня из мыслей. Одергиваю печать. На лопатке девушки остается кровавое пятно от ожога в форме лилии. Она со стоном падает. Ее удерживают охранники.
- Кажется, она потеряла сознание… - бормочет Бруно.
- Слабачка! – выдыхаю. Бросаю железяку на пол. Жестом головы, указываю на кровать. Охранники кладут ее на жесткий матрац. Она лежит в неестественном положении, не шевелится. Лишь мирное дыхание служит признаком жизни. Усмехнувшись, покидаю стены подвала.
Я наконец, схватил убийцу брата. Пытаю ее, но не чувствую ни капли удовлетворения. Лишь разочарование. Что я ожидал? Мольбы о пощаде? Признание в убийстве?
Уже утро, а я еще не ложился спать. Сижу в своем кабинете. Держу в руке нож Дэниела. Я подарил ему этот нож на шестнадцатилетие. Нож нашел у той девчушки. Это еще раз доказывает ее причастность к убийству брата. Дэни не расставался с ним с самых первых дней.
Эта девушка не выходит у меня из головы. Постоянно вспоминаю нашу встречу. Она смотрела на меня молящими глазами. Коричнево-зеленые глаза полные слез умоляли о помощи. Слегка пухлые губы дрожали. Изначально она не знала, кто я.
Допив виски, спускаюсь в подвал. Вокруг все еще спят, кроме часовых. Дверь со скрежетом открывается. Мои шаги эхом отдаются в тишине. Интересно она спит? Я ловлю себя на мысли, моя ненависть уже не настолько сильна, как вчера. Эта женщина околдовывает. Она и Дэниела околдовала. Подхожу к камере. Она сидит в углу у самой стены. Дрожит.