- Здравствуйте, Михаил Денисович! - слишком подобострастно встретил Дегтяря президент.
На вид ему было непривычно много лет для современного коммерсанта - не менее шестидесяти. Он умело сохранил волосы, тронутые на висках благородной сединой, почти сберег фигуру и довел до совершенства зубы. Впрочем, при нынешних достижениях мировой стоматологии да при его деньгах это было совсем несложно сделать.
Несмотря на шикарный внешний вид и костюмчик не из самого дешевого парижского бутика президент смотрелся каким-то посеревшим. Ему будто бы за минуту до появления Дегтяря сказали по телефону, что он смертельно болен.
- Присаживайтесь, - предложил он после влажного рукопожатия.
Дегтярь медленно опустился в розовое бархатное кресло, предварительно успев отереть о его поверхность пот президента со своей ладони.
- Вы вкратце знаете характер дела, - напомнил сыщик утренний разговор. - Представители вашей фирмы, скажем так, вывезли со склада другой фирмы, московской, крупную партию электронной техники...
- Я в курсе, - оборвал его президент. - Я уже разговаривал по телефону с...
Набросив на нос очки с узкими линзами, он отыскал на перекидном календаре нужную запись.
- Да... Вот... Мне звонил некий Рыков. Это раз. Два дня назад на вашем месте сидел... сидел... а-а, вот его фамилия - Бардашевский...
"Барташевский", - мысленно поправил его Дегтярь.
- Сначала я подумал, что это все - недоразумение, - нервно сбросил очки на стол президент. - Кредитные карточки. Двести тысяч долларов с лишним. Трейлер с моими номерами... Вы меня понимаете?
- Да.
- Я думал, что какие-то мошенники берут меня на пушку. Но вчера вечером я... я...
Его властный голос дрогнул. Дегтярь просто так, для себя, вспомнил, что вчерашний вечер он провел в аэропорту Домодедово, и не нашел никакой связи между стрессом президента фирмы и собой.
- Вчера... В общем, я понял, что это не мошенники и не юмор. Это серьезно. Очень серьезно.
Дегтярь упрямо молчал. Во-первых, он хорошо знал, что люди в расстроенных чувствах должны вволю выговориться, а, во-вторых, он просто не знал, чем отвечать. Общие фразы неплохо смотрелись бы в накрашеных устах журналистки, курящей в приемной, но не от имени коммерсанта, побывавшего, судя по внешнему виду и манере держаться, и в шкуре директора советского завода и в сладкой должности секретаря горкома партии.
- Мой сын в опасности! - словно прочтя мысли Дегтяря, выпалил президент.
- В каком смысле?
- О вас мне звонил генерал, зам начальника городского УВД. Значит, вы, Михаил Денисович, не просто частный сыщик, и еще и бывший оперативник. Из тех еще, про которых снимали "Следствие ведут знатоки..."
- Это вряд ли.
- Нет-нет, именно из той когорты!
Губы Дегтяря упрямо сжались. Президент относился к разряду людей, с которыми невозможно спорить. Даже по мелочам. И он не стал этого делать. Из когорты так из когорты. Слово, конечно, помпезное, древнеримское, но его из словарного запаса президента не вытравишь ничем. Когорта, борьба, пролетариат - это навеки зазубренный ряд бывшего пламенного партработника.
- Почему вы считаете, что ваш сын в опасности? - мягко спросил Дегтярь, одновременно подумав, что зря просил московского генерала-однокашника звонить в красноярское УВД. Помощь пахла обузой.
- Он пропал! - выпалил после паузы президент.
- Давно?
- Вчера вечером.
- Вы имеете в виду, что сегодня утром вы его уже не видели? - не понял озабоченности президента Дегтярь.
- Не сегодня, а вчера вечером, Михаил Денисович!.. На вчерашний день я дал ему отгул. Сережа недавно купил квартиру в центре, но еще не обставил. С утра поехал в мебельный решить вопрос с приобретением спального гарнитура и кухни...
- Он работает в вашей фирме? - не смог Дегтярь пропустить мимо уха слово "отгул".
- А что тут такого? У меня частная фирма. Я мог бы ее вообще набрать только из родственников. Но я не кавказец. У меня столько родни нет. Зато есть близкие люди. Они - ядро моей фирмы...
Кивком Дегтярь согласился с самой расхожей философией раннего российского капитализма. Прибыль удобнее всего делить с родственниками. Случайные компаньоны могут и пристрелить за денежки.
Кивнул он еще и потому, что только теперь понял: Кузнецов С.В., коммерческий директор фирмы, и Кузнецов В.С., президент этой же фирмы, наиближайшие родственники. Вся и разница, что старшего зовут Владимир Сергеевич, а младшего - Сергей Владимирович.
- Сережа был у меня коммерческим директором, - продолжил Кузнецов-старший. - Именно ему позвонили какое-то время назад из Москвы с выгодным предложением о закупке крупной оптовой партии телевизоров, музцентров, ну и так далее. Сначала мы решили, что это подвох, но продавец сумел доказать нам, что он находится в трудном материальном положении, ему нужны наличные, и он готов немного проиграть, но зато отбиться от кредиторов...
- А как... этот продавец смог это доказать?
- Он прислал нам по факсу банковские документы о просроченном кредите. И что важно, он предлагал нам наичестнейший вариант: мы приезжаем за уже купленной аппаратурой, загружаем ее и только потом, приехав в его офис, расплачиваемся...
- Значит, вы были в их офисе? - напрягся Дегтярь.
- Не я. Сережа. Он сам ездил за грузом. Ребята гнали трейлер в Москву, а он прилетел бортом...
- Извините, он такой невысокий, с глубокими залысинами, - коснулся пальцами своего лба Дегтярь.
- Да. Вы правы.
Описание получателя груза, сделанное директором московского магазина, совпадало с обликом сына президента.
- Он лысеет, - мрачно добавил Кузнецов-старший. - Видимо, не мои гены ему достались по части прически. А возможно, сказывается, что он два года отслужил офицером в радиолокационных частях ПВО...
- Извините, а ваш сын... Вы рассказывали, что он уехал в мебельный магазин. И что дальше?
- Он не приехал вечером домой, - дрогнув лицом, произнес Кузнецов-старший.
- Вы живете вместе?
- У меня шестикомнатная квартира в центре. Сережа с семьей жил у меня. Но, сами знаете, всем хочется иметь свое жилье. Сын купил квартиру, закончил евроремонт, вставил вакуумные окна. Осталась мебель...
- А он не мог заехать куда-нибудь? - не совсем понимал тревогу отца Дегтярь. - К другу, например.
- В нашей семье так было не принято... Но даже не в этом дело. Я пытался его вызвать на связь по мобильному телефону. Ноль!.. А утром... сегодня утром... мне позвонили из ГАИ и со... сообщили, что его "БМВ" найдена на том берегу... Она... стояла с открытыми дверцами на окраине Березовки, у леса...
- Березовка - это село?
- Вообще-то поселок... Но, прямо скажем, просто большая деревня.
Дегтярь кивком согласился с определением, хотя никогда в Березовке не был. Ему и сам Красноярск показался огромной деревней. Впрочем, после Москвы все ощущается провинцией.
- Я уже съездил туда, - со вздохом продолжил Кузнецов-старший. - Ума не могу приложить, зачем Сережа поехал в Березовку... Милиционеры тоже все осмотрели. Говорят, что следов... борьбы или там... насилия нет...
Голос подвел его. Пошарив по карманам, он торопливо извлек ровненько проглаженный платочек, но подносить его к глазам передумал. Сглотнув слезу, Кузнецов-старший продолжил:
- Сейчас они ведут работу в Березовке. Их старший, майор, уверял меня, что волноваться не нужно. Что... что... трупа нет, - еле выдавил он слово, которое даже в мыслях не подпускал к себе.
- Возможно, все обойдется, - попытался успокоить его Дегтярь. Все-таки ничего не ясно. Мало ли... Может, он у кого в гостях, а машину угнали.. Он не мо...
- Вы не разыщете его? - с интонацией ребенка попросил Кузнецов-старший. - Генерал сказал мне, что вы - гений...