Трубка немного помолчала. Затем Арканов услышал:
— Приезжайте.
Арканов подъехал на «линкольне» в сопровождении водителя и двух телохранителей, вооруженных пистолетами. Костенко ехал за ним следом в «девятке» с затемненными стеклами, в которой, кроме него, находились еще два оперработника. Все они были в гражданской одежде и вооружены пистолетами Макарова.
К визиту Арканова Лихоносов оказался не готовым, как и предполагал Костенко. Кроме двух охранников, вооруженных пистолетами, другой поддержки у Савелия не нашлось.
Когда Арканов, покинув машину, шел к конторе нефтебазы, его сопровождали два его телохранителя и Костенко с одним из своих подчиненных.
Охрана Савелия встретила гостей у входа в здание. Все вместе прошли в приемную, где один из боевиков произнес, обращаясь к Арканову:
— Вы, Борис Альбертович, можете пройти в кабинет нашего шефа, но ваша охрана должна остаться тут, с нами.
— Мы тоже знаем, как надо охранять своего хозяина, — возразил ему Костенко, вместе с Аркановым заходя к Савелию. Окинув кабинет опытным взглядом оперативника и, кроме хозяина кабинета, не увидев в нем никого, Костенко, не произнося ни слова, вышел в приемную.
Арканов, не поздоровавшись с Савелием, онемевшим от наглого поведения как охранника, так и самого гостя, без вступления подошел к хозяину кабинета и, присев на стул около него, заявил:
— Кто мы есть и что собой представляем, мы оба хорошо знаем.
— Я тебя знаю хорошо, но что ты знаешь обо мне? — презрительно посмотрел на него Савелий.
— Я знаю, что ты главарь местной банды. Считаешь себя крутым мужиком. Через известных тебе и мне лиц пытался обворовать мой дом, но вышла осечка. Потом пытался меня убить, но тебе и эта затея не удалась.
— Ты отвечаешь за свои слова?
— В любое время и в любом месте.
— Смело сказано!
— Мне надоело защищаться. Ты убедился, что я сейчас легко смог бы тебя убить, но я на такой подлый шаг, как некоторые, не буду на тебя показывать пальцем, не способен.
— Тогда какого черта ты приперся ко мне?
— Поговорить и до чего-то конкретного договориться. Чтобы после состоявшегося разговора между нами не осталось никаких неясностей.
— Такого разговора между нами тут не получится, — возразил ему Савелии.
— Почему?
— Беседа может стать жаркой. Я не хочу из-за нее пожара на базе.
— Пожар на твоей базе может возникнуть не только от разговора со мной, но и по другой причине.
— Ты мне угрожаешь? — насторожился Савелий.
— Не угрожаю, а ставлю тебя в известность о такой возможности.
— Ты мне по телефону говорил, что можешь со мной потрекать в любом месте и в любое время, — напомнил Савелий Арканову.
— Я от своих слов не отказываюсь, — подтвердил Арканов.
— Тогда для задушевной беседы давай сегодня встретимся с тобой вечером в восемь часов в районе котлована кирпичного завода, — ехидно улыбнувшись, предложил Савелий, уверенный, что Арканов не согласится.
— Место для беседы ты выбрал довольно-таки дикое. Я боюсь зверей, а поэтому приеду туда со своей охраной.
— Не возражаю, тогда и я буду вынужден приехать с подобающей мне свитой.
— Будем считать, что договорились. Только попрошу тебя не опаздывать. Больше пяти минут ждать не намерен.
— Без сверки часов гарантирую, что с моей стороны опоздания не будет, — заверил Арканова Савелий.
— Ну что же, Савелий Григорьевич, расстанемся до вечера, — поднялся со стула Арканов.
Проследив из окна кабинета, как Арканов со своим сопровождением отъехал от нефтебазы, Савелий вызвал к себе охрану:
— Вы что за придурки? Почему охраннику Арканова позволили зайти ко мне в кабинет? Какие же вы после этого телохранители, если он с вашего позволения мог меня изрешетить из своей «дуры»?
— У Арканова была охрана из четырех быков. В сложившейся ситуации нам провоцировать с ними конфликт было никак нельзя. Тем более что охранник Арканова, перед тем как зайти в кабинет, сказал, что ему надо лишь убедиться, что, кроме вас, там никого нет. Так и получилось. Мы расстались с ними без конфликта и каких-либо неприятностей, — довольно убедительно оправдался Клещ.
— Ты, Клещ, слишком рассудительным стал. Придется тебе ребра поломать, чтобы меньше рассуждал и понял простую истину, что ко мне в кабинет или домой никто не имеет права заходить со своим стволом.
Савелий понимал, что его телохранители столкнулись с непредвиденным фактом. Возможно, их выдержка помогла избежать вооруженного конфликта на базе с людьми Арканова. Поэтому сейчас он ругал Клеща и его напарника чисто с профилактической целью. Тот ляпсус, который он сейчас допустил во время встречи с Аркановым, вечером он допускать не был намерен. Более того, вечером он поставит Арканова в проигрышное положение и с позиции силы продиктует ему свои условия капитуляции. Раз Арканов узнал через своего бывшего мента, кто хочет его погубить, то нечего с ним играть в прятки, настала пора объявлять ему открытую войну, продемонстрировав свою силу. Тем более что Арканов сам захотел померяться с ним силой.