Николай, увидев, как Красавчик повел в спальню Софью, тоже не мешкая взял Галину и тут же в зале отвел ее к дивану, положил на него.
— Поцелуй меня, любимый, — капризно потребовала она исполнения своего последнего перед сном желания.
Николай, чтобы не дай Бог не возбудить женщину, по-братски поцеловал ее в щеку.
Исчерпав за день все свои желания, Галина быстро уснула. Освободившись от нее, Николай прошел в спальню к Красавчику, который уже одевался. Увидев Николая, он жестами показал, что тому надо делать. Но Николай и без его подсказки знал, что входит в его обязанность. Быстро раздевшись, он занял на кровати место Красавчика.
В спальне горел свет, и он видел лежащую с ним голую, доступную ему женщину. Николай с упоением и наслаждением стал заниматься с Софьей любовью. А Красавчик, взяв из тумбочки «Полароид», сделал им несколько снимков с разных точек, закрепляя доказательствами факт связи своей жены с Николаем.
Красавчик видел, что порученная «работа» нравится Николаю, и не мешал ему устать. Он пошел в зал к Галине, которая там спала на диване, и разбудил ее с помощью нашатырного спирта.
— Галина! Галина! Галина! Черт бы тебя побрал! Ну проснись же!
— Чего тебе? — отстраняя его руку с ватой от своего носа, спросила она.
— Твой хахаль с моей женой е…
— Не может быть! — вставая с дивана, усомнилась Галина.
— Пойдем, посмотришь и увидишь, — предложил он ей.
Из блаженной полудремы Софья вернулась в реальность от крика своей подруги:
— Сволочь, а еще подругой была! Тебе одного мужа мало, так ты еще успеваешь и под чужих подлазить!
С удивлением Софья увидела, что с ней совершает половой акт мужчина, которого привела с собой Галина. Скинув его с себя, как будто Николай имел детский вес, Софья быстро укрыла свое голое тело одеялом.
Николай, исполнив свою миссию, выскочил из спальни, не забыв прихватить с собой одежду, которую не спеша надел на себя в зале. Довольный собой, он налил сто граммов водки, выпил и с удовольствием стал закусывать. Происходивший в спальне разговор его совершенно не интересовал.
— Софья, как ты могла себе такое позволить? Только сходил на несколько минут в туалет, возвращаюсь и что я вижу? Такого предательства я от тебя никак не ожидал! — играя на зрителя, говорил Красавчик.
— Чего ты с ней миндальничаешь, лекции читаешь? Ей, стерве, надо морду набить, — воинственно предложила Галина.
— Я не какое-нибудь животное и руки распускать не собираюсь, — возразил он.
— Тогда я сама ей сейчас патлы повырываю! — бросаясь к кровати с целью осуществления своего намерения, сообщила Галина.
Схватив ее за плечи, Красавчик твердо заявил:
— Ты моей жене патлы вырывать не имеешь права. Я с ней сам разберусь, а вот своему кобелю, если сможешь, то пойди и по вырывай патлы.
— Ты чего, скотина, натворил? Пришел сюда со мной, а жарить вздумал другую?! — подняв руку для удара по лицу Николая, истерично, пьяно заорала Галина.
Николай, схватив ее руку, согнул ее на излом и сквозь зубы процедил:
— Ты чего тут распетушилась? Какие вдруг у тебя появились на меня права? Кто ты мне такая? Ну скажи, что ты для меня представляешь? НИ-ЧЕ-ГО! Ты для меня случайная шмара, которую я подцепил на улице несколько дней назад. И ты смеешь еще на меня поднимать руку? Если бы ты меня ударила, то я бы тебя выбросил в окно.
— Ты меня опозорил!
Оттолкнув Галину от себя, Николай спокойно рассудил:
— О каком позоре ты ведешь речь, когда на тебе уже клейма негде ставить? Поэтому не надо корчить из себя благородную девицу…
— Кончайте тут свой базар и уматывайте, — прерывая затянувшуюся перебранку гостей, потребовал Красавчик.
Те, молча обувшись в коридоре и даже не простившись, покинули квартиру. Заходить к Софье в спальню, говорить ей, как она бесчестно поступила с ним, Красавчику не было необходимости. Слишком все было просто и понятно для всех. Жалеть ее, мириться с ней, прощать измену не входило в планы Красавчика. Поэтому он ушел спать в другую комнату.
Софья хотела сразу же пойти к мужу и поговорить с ним по душам, но, чувствуя, что еще пьяна и ее мысли не упорядочены, решила этот разговор отложить до утра. Что она могла ответить мужу на его щекотливые вопросы, Софья даже не представляла. Так, думая о трудном для себя объяснении, она сначала задремала, а потом уснула.