– Белояра – моя дочь и будущая княгиня Великого княжества людского, – прогремел князь. Его голос эхом отразился от высокого свода библиотеки. – И моя первостепенная задача – уберечь ее от беды.
– И главная беда сильнейшей ворожеи княжества – я? – язвительно уточнил Бояр, поворачиваясь к князю.
Ростислав смотрел на оборотня, почти не мигая, и в этот момент напомнил Бояру чучело ворона, стоявшее у отца в кабинете. По легенде эта птица была хранителем рода первого колдуна людей и даром Птичьего бога. Многие поколения князей хранили ворона, пока однажды реликвия не попала в руки оборотням. Уничтожать ее не стали, но и возвращать не торопились. Отец и вовсе говорил Бояру, что порой ощущает на себе недобрый взгляд колдовской птицы.
– Шутить со мной вздумал, Бояр, сын Беорна? – вкрадчиво спросил Великий князь, отходя к окну.
Тень скрыла выражение его лица, но Бояр чувствовал, как в воздухе разливается сила князя. Оборотень подобрался, ощущая угрозу.
– Увижу рядом с дочерью – ни о какой помощи можешь и не мечтать, – прошипел Ростислав. За спиной князя, словно в подтверждение его слов, полыхнули синие искры. – А теперь поди прочь, княжич. Найди себе занятие до приезда Ловчих.
Бояр развернулся на пятках, ощущая как внутри все клокочет от ярости, и стремительно вышел из библиотеки, громко хлопнув дверью.
Один из стеллажей рядом с князем качнулся, с верхней полки с грохотом упала книга со старой, потертой обложкой. Ростислав, не ожидавший такого, вздрогнул.
– Проклятые оборотни, – выдохнул князь, бросив неодобрительный взгляд на дверь, за которой скрылся Бояр. – И за Белоярой глаз да глаз нужен…
Глава 2
В темном небе вспыхивали и гасли звезды, росчерком искр прорезая чернильную ночь. В стрекоте сверчков и пении ночных птиц не было ничего угрожающего, но обманчиво тихое спокойствие окружающей обстановки напрягало Риха. Черный лес был слишком близко, чтобы так легко забыть об исходящей от него опасности. Видящий положил локти на колени и посмотрел на княжну.
— Ты знаешь легенду о сотворении мира, Белояра?
Великая княжна подтянула сползший край плаща и вздохнула.
— Тебе какую версию? Новую или ту, которой меня учила Аглая?
Рих тихо рассмеялся.
— Какая тебе кажется более правдивой?
— Правдивой? — хмыкнула Белояра. — Как легенда может быть правдивой, Рих?
— Так если просто представить, что такое может быть, — пожал плечами Видящий. — Мой народ верит, что оборотней создал бог Рудо, ступивший на эти земли в облике зверя.
— Какого? — не смогла скрыть своего любопытства Белояра.
— Говорят, облик его изменчив. В каждом логе его изображают по-своему, но неизменно — с ярко-желтыми звериными глазами.
— Аглая говорила, что люди произошли от союза с богиней Меланией и птичьего бога, чье имя было предано забвению…
Рих промолчал, напряженно думая о чем-то.
— По легенде, Рудо, Мелания, птичий бог, Ромур и Шисса — пришли из другого мира. Они создали наш из осколков своего, создав оборотней, людей и пустынных жриц. Пока мир был молод, они помогали как могли, стараясь не вмешиваться в жизни смертных. Но потом произошло кое-что, изменившее все.
— Ты о богах-близнецах?
Рих кивнул, не сразу сообразив, что Белояра не видит его жеста.
— Да. Первые Лорды кровавой полосой прочертили мир. Богам пришлось бросить все силы, чтобы остановить их.
— Ты знаешь, что с ними стало? — Белояра почувствовала себя неуютно, по спине пробежал холодок.
— С первыми богами?
— Нет, — качнула головой княжна. — С первыми Лордами. Король забрал коготь Рудо. Бояр рассказал мне, чем это может грозить всем нам.
От воспоминания об оборотне, Белояре стало грустно: отец строго-настрого запретил приближаться к Бояру. Княжна же привыкла к тому, что он рядом — после всего, что они пережили вместе в Черном лесу, ворожея и оборотень очень сблизились. И, что греха таить, Белояру к нему тянуло.
— По легендам, их заключили под горным хребтом на севере, — голос Риха выдернул княжну из размышлений.
— И Лорды никак не смогут добраться туда?
— Своими силами нет. Но… Кто знает, какой они задумали ритуал? Может, и не понадобится туда идти. Если они вернут своих богов, то те кровавой тропой пройдут от самых гор до проклятого Черного леса…