Цвет слишком за батьку переживает — это может навредить, коли придется с нечистиками столкнуться. Да и достаточно он уже страху, сидючи на сосне, натерпелся. Пущай подле батьки и остается. Ежели что, он его ласковым словом обогреет. Алесь? Тот уже не раз проявлял свою смекалку и мужество. Да только хватит ему страдать от когтей да зубов. Не ровен час, не выдюжит тело иль быстрота подведет. К тому ж он, как и его батька, покуда в деревню не вхож — только завидит кто, тут же в яму кинут. Остается Вит. Крепкий, понятливый. Выходит, его о подмоге просить и надобно.
Когда пришел черед убирать со стола, Милава снова увязалась за мельником. Улучив момент, она шепотом рассказала ему о своих планах. Вот только ворожея никак не могла придумать, как бы это от Алеся отвязаться, что даже теперича не сводил с нее очей-щелочек. Милава ведала наверняка, что легко от него отделаться не получится. Даже ежели разругаются в пух и прах. Все равно ведь тайком увяжется. Оставалось одно — заварить ему сон-травы. Да так, чтоб Алесь уснул ровно настолько, сколько им потребуется подворье мельника покинуть и в лес углубиться.
Милава настояла ароматный напиток. Налила всем, но только Алесю капнула чуток сон-травы. Он осушил чашу до дна. Вот и добре. Только что-то внутри подсказало — лучше бы Алесь никогда не узнал о том правду. Но Милава ни с кем и не делилась, а сама открывать такие секреты не собиралась. Когда богатырь захрапел на лавке, а староста и Цвет собрались проведать Щекаря, Милава и Вит объявили, что уходят на поиски Гедки.
— Да куда ж это вы на ночь глядя? Мы ж толком не ведаем, что за лиходей тут свирепствует, а вы аж в иное село порешили податься, — не одобрил замысла Череда.
— Да нет, дядька. Мы покуда еще раз к Домне заглянем — авось чего путного из того выйдет.
— А-а, ну коли так, — нехотя согласился староста и покосился на Вита. Мельник даже несколько съежился под пристальным взглядом главы деревни. — Может, Алеся разбудить? Что-то он слишком рано уснул, — настороженно проговорил Череда, глядя на сына. Милаве показалось, что он просто не желает отпускать ее с Витом.
— Не надо, дядька. Пущай отдохнет. Он и так много пережил. Даже его богатырское тело не выдержало, — самым невинным голоском произнесла она и, подталкивая Вита, поспешила к выходу. — Мы скоро вернемся.
— Ладно, — внимательным взглядом сощуренных очей проводил их староста.
У хлева Милава приостановилась, прислушалась — обращенный тихонько порыкивал, но боле никакого возмущения не издавал. Ворожея посчитала это добрым знаком. Охранительная черта надежно село оборонит, ежели не сыщется охотник ее затереть. На этой мысли что-то кольнуло внутри — ведь круг, что она начертала вокруг бабкиной хаты, кто-то смазал. Ну да на этот случай тут Череда и Цвет остаются, а малость позже к ним и Алесь примкнет. Вспомнив о богатыре да приметив, как староста с сыном кузнеца идут сюда, Милава только что не подпрыгнула на месте. Схватила за руку не разумеющего такой спешки мельника и потянула его к лесу. Вит еле поспевал за словно претворившейся в стрелу ворожеей.
Кожевенники выбрали, к какому обидчику идти первому, и направились к его хате. Уговор был один — напугать едва ли не до смерти. Хвала богам, и первый, и другой горе-страж не имели ни женок, ни детей. Стало быть, отвести душу никто не помешает. Близнецы захватили из дому мешковину да паклю. Грубую ткань разорвали на лоскуты и обмотали вокруг станов, навроде лохмотьев. Паклю, забелив мукой, нацепили на головы, натянув на лбы, — заместо седых волос. Поупражнялись закатывать глаза да с приходом темноты почали наступление.
Ничего не подозревающий мужик устроился на печке. Сон уже медленно оттягивал душу подальше от реальности. Как вдруг оконца задрожали. Хозяин резко вынырнул из угодий Дремы и сел. В голове все еще не было ясности, но сердце уже бешено колотилось от непонятного страха. Мужик непонимающе огляделся, прислушался, но вокруг княжила тишина. Видать, показалось. Он снова лег и сомкнул веки. Сердце успокоилось, дыхание стало глубже. Но сон уже не шел. Где-то внутри неприятно скребла совесть — вспомнились кожевенники, просившие разрезать путы. И где близнецы нынче? Да все с ними добре! Хозяин отмахнулся от неприятных дум и перевернулся на бок. Он же ходил днем к хижине Кукобы. Да не один — полсела собрал! Но ни братьев, ни мертвячки не сыскали. Значится, выжили, да еще и ведьмарку супротив воли селян захоронили. То, что найденная могилка могла оказаться и не Кукобиной, — мужик старался не мыслить.
Что-то бахнуло в дверь с такой силой, что хозяин от испуга свалился с печи да забился в угол. Но все стихло. Мужик подождал еще какой-то час и дозволил себе расслабиться. Совсем он что-то со всеми этими событиями нервным стал. Выдохнул. Но тут же что-то зацарапало в оконце. Кто-то постучал в дверь. Негромко так, точно нечистик к жертве пожаловал да замыслил соседей не будить.