Те, у кого сыновья были подходящего возраста, уже приглядывались. Так что можно было предположить, что в отеческом доме она надолго не задержится. Правда, у самой Василисы по этому поводу было несколько иное мнение, но общественности оно нисколько не мешало судачить. Против Агафьи она ничего не имела, понимая, что отцу одиноко. Но он девушку просто не замечал. Точнее, относился к ней, как к еще одной дочери - уважительно, заботливо, но не более. Та вздыхала, но продолжала раз в неделю приходить к Звонцевым. Так и жили. Под раздумья добежала быстро. Да и погода радовала - осень выдалась солнечная, звонкая. Вскоре все тропинки размоют холодные дожди, но пока можно сполна насладиться красотой засыпающей природы и прохладным воздухом с тем особым, исключительно сентябрьским привкусом.
В класс, расположенный в учительском доме, Василиса заскочила перед самым началом занятия, буквально через пару секунд зашла учительница - Веренея Васильевна. Сегодня в расписании стояло четыре урока - счет, грамота, мироизучение и обязательное домоводство. Первые два урока вела она сама, а мироизучение, предания, основы наук и домоводство для парней - ее муж, Влад Данилович Сушев. Они переехали к ним в село лет 15 назад, сменив своих предшественников. Еще лет 70 назад Совет издал указ о том, что в деревнях и селах должны открыться школы, где детей будут учить и определять тех, кто может ехать учиться дальше. Не всем хотелось учиться, тех, кому не хотелось, особо не заставляли - грамоте и счету выучились, и ладно. А Василиса в школу ходила охотно, особенно любила Уроки Влада Даниловича - про дальние страны, про историю, про то, как все в мире устроено. Наверное, поэтому в ее мечтах не было места раннему замужеству, как у большей части ее сверстниц - все пространство там занимали путешествия и науки.
- Васька, ты чего? - зашипела сидящая рядом Дарька, подруга детства. - Ты ж почти опоздала.
- Да знаю, знаю, - прошептала та, спешно, но стараясь не шуметь, выкладывая альбом для записей. - Представляешь, проспала.
В этот момент ей на колени упала сложенная крохотным голубком записка. В ней Ванька намекал, что в яблоневом саду на окраине, формально принадлежащем старосте и даже огороженном забором, до сих пор не убраны яблоки. И даже нанята охрана - Пашка Свистов. Но он со вчерашнего мается похмельем и вряд ли будет особо внимателен. В общем, старательно глядящий в сторону Ванька предлагал полакомиться свежим урожаем. Василиса как представила старостины яблочки - особого сорта, он их всегда в Северный увозил на продажу, местным почти не доставалось, во рту сразу появилась слюна. А сад, по общему ребячьему убеждению, он себе присвоил совершенно необоснованно - там раньше работали ученые, которых отправили в Верховья заниматься разработками в садоводстве. Какая-то тут земля, мол, особая. Прожили они тут лет десять, потом уехали, а яблоньки остались. Говорят, для этого сорта нашли более удачное место, но они и здесь росли хорошо. А староста тогда съездил в столицу, подмахнул какие-то бумаги и сад огородил. Все это произошло, когда Василиса только родилась, но история передавалась из уст в уста и утащить пару яблок для местной детворы было делом чести. Она показала записку Дашке, у той аж сразу глаза загорелись. Одним кивком она подтвердила участие. Обратную записку Василиса коротким щелчком отправила товарищу. И с совершенно невинным видом уставилась на обернувшуюся учительницу. Сколько таких мелких авантюр было на ее счету, девочка не считала. Все взрослые думали, что уж она-то на такое не способна, примерная ученица, послушная дочь. А Вася просто ни разу не попалась.