- Ну смотри… - Демьян потер лоб. – Я думаю, что все равно надо рассказать, пусть не обо всем, но … Знаешь, мне кажется, то место, где мы его нашли, рядом с тем, где тогда обнаружили корзинку. И еще… Там, в лесу, с поисковиком… Ты сама все сделала, я даже вмешаться не успел. Какую сказку ты вспомнила?
- Да простую, которую сама придумала… Года два назад с соседкой Марькой сидела, та плакала, маму потеряла, вот я ей сказку и придумала. Как зайчонок маму искал и нашел…
- Ооо! – Демьян аж глаза выпучил. – Слушай, я даже не знаю, как это оценивать, но лично написанные сказки срабатывают только у очень сильных ворожей. У меня мама лечебные сказки составляет, она сильная, уж я-то знаю. А вот как ты ухитрилась это провернуть без меня – вот вопрос…Наверное, я и сам не понял, как силу влил...
Василиса сидела, пытаясь прийти в себя, шнурок она надела на шею, тщательно спрятав под одеждой – чтобы совсем не видно было. Демьян выглянул осторожно наверх через лаз.
- Вроде все чисто, пошли отсюда. Думаю, ворожить в лесу тебе пока все же не стоит.
Василиса согласилась – не готова она пока к таким приключениям. Договорившись, что про сегодняшнее – никому не слова, разбежались по домам. Демьян помчался прятать на место кулон-поисковик, а Вася – встречать отца. Как раз успела разогреть еду.
- Знаешь, дочь, я на днях говорил с мамой твоего Демьяна, - Василиса навострила уши. - Думаю, она права. Рано тебе еще замуж (урааа!), надо учиться дальше. Она предлагает начать с ремесленной школы, а там видно будет. Говорит, ткачество тебе хорошо удается. Но хочешь ли ты сделать это делом жизни?
- Я даже не знаю. Мне нравится, но…- Василиса замолчала, не решаясь.
- Ммм?
- У меня есть мечта - в академию поступить, где на лекарей для животных учат. Но, вроде, сначала все равно надо городскую школу закончить.
- Хорошо, - отец хлопнул ладонью по столу, как бы подводя итог. - Тогда отвечаю Ладе согласием. Она взялась разобраться с этим вопросом для вас обоих, - сел, голову рукой подпер, вздохнул… - Как же не хочется тебя отпускать никуда… Но понимаю, что всю жизнь не удержишь. Ты же вся в мать пошла. Та тоже без своих умных книг и зверей жить не могла. Знаешь, как мы познакомились?
- Расскажи! - Василиса аж чуть не подскочила - никогда папа сам о маме не заговаривал. А тут - такое совпадение.
- Зверей она приехала изучать. Академию закончила, преподавать собиралась, но еще надо было работу научную писать. А у нас тут всякие звери водятся, в том числе и те, что после десятилетней войны появились - вам же рассказывали, что там ученые что-то такое нахимичили, потом засекретили, конечно, что животные стали меняться. В большинстве мест их почти сразу истребили - уж очень они были опасные. А у нас в глуши еще долго они жили. Да и сейчас порой попадаются, поэтому далеко в лес, особенно в темноте, уходить не стоит. Так вот, приставили ее к нам. Я тогда помощником лесника был, тоже только отучился, правда, в ремесленном, тогда еще только начиналась вся эта катавасия с образованием, так что учиться пошел позже, чем вы сейчас. И приехала тогда эта фифочка из столицы. Гонору было! Еще бы, красавица, молодой ученый. А мне поручили ее сопровождать, чтобы не сожрал никто. А она, как назло, то одному прямо в пасть сунется, то другому. Ну как же - ей же надо изучить! Как же мы ругались! А когда она уехала, я понял, что без нее и жизнь не мила.Уехал за ней, нашел, предложил замуж. Не сразу согласилась - ведь что ей у нас делать? Огород разводить? Решила диссертацию писать - благо, материал есть, мало где на тот момент эти звери сохранились. И ведь почти написала, почти закончила… Так и лежит в столе.
- Папа! - Василиса вскочила. - Дай посмотреть!
- Дам, чего уж там, - сходил в спальню, принес кипу бумаг, перевязанных бечевкой. - Говорила, немного осталось закончить. Да не успела. Бери, вдруг пригодится?
Василиса аккуратно, как огромную ценность, взяла пожелтевшие бумаги. Погладила пальчиком. Когда-то мама этим занималась. Ученый… А она и не знала… Надо будет узнать, как мама и в академии училась, и ворожбой занималась - как так все вместе? Чмокнула отца в щеку, обняла, и убежала к себе в комнату - изучать сокровище.
- Эх, Зорюшка… Совсем дочь выросла… И без тебя… - пробормотал он. Он часто так разговаривал с пропавшей женой, как будто она могла ему ответить. Иногда ему казалось, что он постепенно сходит с ума от тоски. И принялся прибирать со стола, поняв, что Василису теперь от ее занятия не оторвать.
Два кулона
А Василиса все сидела за маминой монографией. Не все было интересным, но это же писала мама. Поэтому она старательно вчитывалась в рассказы о самых разных животных - чем обычный медведь отличается от трансформированного, сколько может прожить потомок зайца, попавшегося в войну на пути сражающихся - она-то знала, что это тогдашние ворожеи и сказатели постарались. Тем любопытнее было видеть возможные последствия таких чудес.