Услышав, как горько она плачет, Люй спросил:
— Эй, так ревешь, что может сбежаться народ; не иначе как поссорилась со своим стариком?
— Вовсе не так! Мой супруг хотел прорубить канал в каменной горе, чтобы вода пошла в долину, напоила поля. Он так перетрудился и обессилел, что слег.
Вот уже несколько дней, как он харкает кровью безостановочно, и боюсь, что дни его сочтены, вот и рыдаю.
— Что толку плакать, лучше пригласи лекаря.
— Приглашала я на днях Белый Пион по прозвищу Победившая небожителя, но хотя состояние мужа и улучшилось, однако корень болезни остался.
С этими словами она вынула рецепт и дала его Люю прочитать. Он расхохотался:
— Разве земные врачи способны перерубить корень болезни? Даже с такой пустяковой болезнью неспособны справиться!
— По вашим словам выходит, вы сильнее ее, и сможете помочь?
— Да, это совсем не сложно! Но при одном условии.
— Каком?
— Я вылечу мужа, а ты всем станешь говорить, что мое мастерство гораздо выше, чем Белого Пиона.
Женщина согласно закивала головой.
— Вылечить твоего мужа можно с помощью порошка из корня лотоса.
Женщина притворилась озабоченной:
— Уважаемый господин, но ведь этот корень можно достать лишь в Восточном море. На дорогу туда и обратно у меня уйдет несколько месяцев. Боюсь, муж за это время умрет.
— Не волнуйся, — улыбнулся Люй, снимая из-за спины тыкву-горлянку.
Он протянул женщине семечко лотоса из сосуда со словами:
— Стоит бросить его в пруд, как тут же вырастет толстый корень.
Еще горше расплакалась женщина.
— В чем дело?
— Да если бы здесь был пруд, стал ли бы мой супруг рубить камни для русла в горах? Так что пока я дождусь воды с Южных гор, да пока сделаю пруд для нее, да посажу лотосовое семя, боюсь, и косточки мужа истлеют.
— Ладно, ладно, раз уж начал помогать, то буду идти до конца. Положись на меня!
Люй ткнул в землю даосской метелочкой, и в почве образовалось большое отверстие колодца. Затем он этой же метелочкой сделал в колодце несколько вращательных движений, и тот превратился в овальный пруд длиной более одного ли.
Женщина бросила зерно, и оно со звуком "дун" пронизало толщу воды. Произошло невиданное: мгновенно вырос стебель с цветком, и бутон тут же распустился. Люй тоже полез в воду, чтобы помочь женщине выкопать свежий корень. Она приняла будущее лекарство и была очень растрогана.
— Уважаемый господин, как же вас зовут?
— Хэй, так я и есть небожитель Люй Дун-бинь!
Странно, но, услышав его имя, женщина не стала благодарить, и лицо ее помрачнело. Указав на него пальцем, она воскликнула:
— Хорош же ты, Люй! Мой муж пытался выдолбить русло в горах, чтобы помочь простым людям, а ты… притащил две горы, чтобы перегородить им дорогу. Так вот, оказывается, как ты самосовершенствуешься; вот, оказывается, как ты постигаешь даосскую науку. Кривой дорожкой да боковой дверью пользуешься! Да еще хочешь при этом, чтобы я прославляла твое имя!
Увидев, что женщина превратила его благие намерения в ослиную требуху, да еще вскрыла его тайные замыслы, он собрался, было, вспылить, да заметил вдруг, что женщина хохочет. Она смеялась, смеялась, и оспины с ее лица вдруг исчезли! Она продолжала смеяться, и на лбу, между бровей, у нее появилось пятнышко.
Испугался Люй: ”О, да это же Гуань-инь! ” Он увидел, как она бросила корень в пруд, взмахнула рукавом, и весь пруд покрылся зелеными листьями лотосов, а цветы стали распускаться один за другим. Она выбрала один из них, перелетела по воздуху, и цветок превратился в яшмовое сидение в виде лотоса. Усевшись в середине со скрещенными ногами, она обратилась к Люю, который стоял, подобный деревянному изваянию.
— Уважаемый небожитель, сегодня ты сделал пруд и наполнил его водой. Ты засадил пруд лотосами, совершив благое дело для простых смертных. И две горы пусть останутся здесь для украшения пейзажа.
Люй лишь голову понурил.
Камень с горы Тхай-шань
В некоторых местах Китая на перекрестках дорог, перед домом или позади него, можно увидеть камни-стелы с высеченной надписью “Камень с горы Тхай-шань”. Говорят, такой каменный памятник может отогнать нечистую силу, обеспечить месту спокойствие. Об этом существует такая легенда.
Некто Кхун Шэн, потомок знаменитого мыслителя Кхун-цзы (Конфуция), носивший прозвище Наследник мудреца, путешествовал по Поднебесной с двумя учениками, которых обучал, знакомя с трудами предка. Когда они добрались до берега моря, пейзаж показался Кхун Шэну красивым, и он решил пожить тут некоторое время.