Вслед за этим Сян-цзы насыпал на циновку горсть земли и закопал у всех на глазах зернышко-семечко. Вскоре все увидели, что из земли показался крошечный крепенький росток, который тянулся вверх прямо на глазах, и вот уже появились листья, а затем и бутон.
Бутон мгновенно раскрылся, и всем взорам предстал крупный, ароматный цветок пиона. Лепестки были нежными, и на них блестели жемчужные капельки росы. Хань Юй и гости застыли в изумлении. Но самым удивительным было то, что на лепестке цветка они увидели золотые иероглифы:
Ни Хань Юй, ни гости не смогли постигнуть смысл этих строк, а Сян-цзы сказал: "Пройдет время, и вы все поймете". Сказал и исчез.
После того, читатель, как вы представили себе эту картину одинокого путника, погибающего в нескончаемом снегопаде, можно сократить перевод до двух строчек, как и в оригинале:
Итак, Сян-цзы исчез. Прошло несколько лет. В очередной раз настало время перевозить в столицу мощи Будды, хранящиеся в храме Путь к Будде, в селении Фа-мэнь, что в десяти километрах от уездного г. Фу-фэн пров. Шаньси. В храме была пагода Защищающая страну, а в пагоде и находилась фаланга пальца Будды, которую император Тхан Сюань-цзун приказал привезти в столицу.
В древности ежегодно мощи Будды привозили в столицу Чхан-ань, помещали в храме Помогающий государству, и верующие мужчины и женщины били поклоны. Сам император тоже был последователем буддизма и мечтал о долголетии.
Хань Юй же считал, что такая слепая религиозная вера, связанная с большими материальными затратами, может принести государству только бедствия, и, рискуя быть казненным, он написал доклад государю "О мощах Будды". В результате Сюань-цзун разгневался так, что действительно хотел, было, казнить смельчака. Но благодаря заступничеству со стороны канцлера Пхэй Ду и других сановников тому все же удалось избежать смерти.
А наказание он получил в виде ссылки в Чхао-чжоу. Место это находится в восточной части нынешней пров. Гуан-дун, в восьми тысячах ли от столицы Чхан-ань. Верхом на коне Хань Юй покинул столицу, добрался до заставы Лань-гуань, и в это время небо плотно закрыли тучи, крупными хлопьями повалил снег. Создалась безвыходная ситуация, когда невозможно было двигаться вперед, и не было ходу назад. И в тот момент, когда он окончательно сбился с пути, впереди вдруг возник человек, который как будто летел в вихре снега, оседлав ветер.
Когда он приблизился, оказалось, что это — Сян-цзы. Подойдя вплотную к лошади, он обратился к литератору Ханю:
— Помнишь ли ты строки стихотворения, написанные на лепестке во время банкета?
Хань Юй спросил:
— Где я?
— У заставы Лань-гуань, — ответил Сян-цзы.
И литератор сказал:
— Когда мы доберемся до почтовой станции, чтобы передохнуть, позволь мне дополнить написанное тобою стихотворение, чтобы получилось семисловное восьмистишье.
Так появилось знаменитое восьмистишье Хань Юя “Разжалованный в чине, я встретил внучатого племянника Сян у заставы Лань-гуань…”
В тот вечер дядя с племянником проговорили до глубокой ночи. Сян-цзы простился с литератором, а перед тем как расстаться дал ему снадобье из тыквы-горлянки со словами:
— Проглоти этот шарик, и тебе будут не страшны ни холод, ни жара.
И добавил, успокаивая Хань Юя:
— Не печалься, в скором времени тебя вновь пригласят ко двору.
И действительно, через некоторое время литератора вновь вернули в столицу на службу императору.