Никита встрепенулся. Герман Вениаминович? Редкое имя. И, решительно растолкав отдыхающих, он обратился к хорошенькой блондинке, растерянно выглядывающей из-за стойки ресепшен.
— Здравствуйте. Вот мои документы. Оформите меня, милая девушка, поскорее. Я долго добирался из города и очень устал.
Девушка схватила протянутые Никитой бумаги, словно утопающий соломинку. Наверное, ей хотелось поскорее взяться за привычные обязанности, чтобы не отвечать на вопросы испуганных отдыхающих. Бегло просмотрев первые листы, она с разочарованным видом протянула их обратно Никите.
— У вас направление из ведомственной поликлиники, нужна виза главврача. А у нас… происшествие. Она не принимает. Вы подождите в лобби-баре, когда Лариса Сергеевна освободится, я сразу сообщу. В баре готовят вкусный кофе.
— Лучше сообщите, где найти вашу Ларису Сергеевну. Я думаю, она будет рада меня увидеть. Пока еще к вам доберется бригада для расследования инцидента. А я вот он, уже прибыл. Вы же прочитали мои документы.
Было видно, что девушка колеблется.
Никита улыбнулся. У него была добрая, немного глуповатая улыбка, и он ею пользовался, когда нужно было усыпить бдительность свидетеля или подозреваемого. «Что с меня взять? — как бы говорил он, улыбаясь. — Я безобидный простак и не причиню никому вреда». Уловка сработала и сейчас. Девушка тоже улыбнулась, с облегчением отдала Никите бумаги и нацарапала на маленьком листочке три цифры.
— А вещи можете у нас оставить. Отдыхающие так часто делают, когда автобус ждут или номер еще не убрали.
В кабинет Ларисы Сергеевны Никита зашел сразу, едва постучав. И заранее натянул на лицо свою нелепую улыбку, на всякий случай. На самом деле ему хотелось подсмотреть реакцию главврача в момент, когда та не ожидает появления посетителя. Сразу будет ясно, как она оценивает произошедшее событие. Такие эксперименты приносили обычно очень важную информацию.
В комнате, казалось, воздух был наэлектризован. От двух человек, стоявших друг против друга, разве что искры не отлетали в разные стороны. Ухоженная женщина с волосами модного в этом сезоне медово-карамельного оттенка, с помадой натурального розового цвета на четко очерченных губах с виду была невозмутима, только серые выразительные глаза ее полыхали гневом. А мужчина напротив, сжав кулаки, бросал ей в лицо ругательства. Появление Никиты сработало как разряд. Оба отшатнулись друг от друга. Женщина машинально провела рукой по волосам, проверяя, не выскочил ли локон из безупречной прически, а мужчина одернул сбившийся набок галстук и, отвернувшись, сунул руки в карманы белого халата. Разглядывать его было бы сейчас совсем некстати. А он очень интересовал Никиту.
— Кто разрешил? — ледяным голосом поинтересовалась женщина, прошла к окну и села за офисный стол, обозначив таким образом, что она хозяйка кабинета.
— Вы — Лариса Сергеевна, главврач? А у меня бумаги вот… — Никита приблизился к столу и положил на него свои документы. — На ресепшен приказали у вас завизировать.
— Подойдите позже, я занята.
— У вас тут произошло преступление? А я как раз из полиции. Вы посмотрите, посмотрите документы.
— Почему сразу преступление? Врачебная халатность…
— Приведшая к смерти пациента. А может, врачебная ошибка. Статьи разные. И наказание тоже.
— Наш патологоанатом разберется.
— Вы хотите сказать — судмедэксперт. Внезапная смерть и так называемые врачебные дела находятся в ведении судмедэксперта, уважаемая Лариса Сергеевна. Кроме того, патологоанатом вам подчиняется, а судмедэксперт — нет.
— Намекаете, что выводы моего подчиненного будут зависимы?
— А кто был лечащим врачом умершего?
Лариса Сергеевна с усмешкой указала на мужчину, который так и стоял, отвернувшись к стене.
— Знакомьтесь. Герман Вениаминович. Врач-нейроортопед. Наша звезда, так сказать. Отдыхающие специально приезжают ради лечения у него. Вы зашли, когда мы выясняли отношения. Извините за эту сцену. Такой скандал в моем санатории впервые. Я отстраняю Германа Вениаминовича от работы на время выяснения обстоятельств смерти пациента.
Мужчина повернулся и в упор взглянул на Никиту. Тот не отвел глаз.
— Вы что, знакомы? — Лариса Сергеевна с подозрением оглядела обоих.
— Приходилось встречаться. — Герман усмехнулся невесело. — Тебе не повезло, Лара. Этот человек ни за что не будет плясать под твою дудку, как пьяница-патологоанатом Алексеич.
— Мы учились некоторое время в одной школе, — сообщил Никита, разведя руками. — Это было давно.