Накинул доспех на плечи, прошелся по подвалу, попрыгал на месте, чтобы наборные пластины улеглись надлежащим образом, и выглянул в окошко, сам не зная, зачем. Почему-то захотелось выглянуть.
— Ой бля, — сказал Дрон. — Борода, гляди сюда.
Борода поглядел и тоже выругался. А потом глубокомысленно добавил:
— Не иначе, Птааг хранит. Завтра схожу в храм, принесу жертву.
— Вместе сходим, — сказал Дрон, хотя отлично знал, что никто из них завтра в храм не пойдет, сделают вид, что забыли, не в первый раз уже.
— Дурачье, — сказал Купер. — Прямо на месте решили скурить?
— Похоже, — кивнул Дрон. — Будь другом, помоги ремешки затянуть.
— А может, ну их, доспехи? — предложил Купер. — Провозимся, упустим время… Эти клоуны уже упороты, какое с них сопротивление…
— Клоуны упороты, ты прав, — согласился Дрон. — Так что не упустим время, не ссы. Ты лучше подумай, что Заяц скажет, если узнает, что мы их без доспехов брали.
— Да откуда… — начал было Купер, но сразу осекся — понял, откуда. — Ладно, боги с тобой. Давай, подтяну.
Купер подтянул ремешки Дрону, затем Дрон подтянул ремешки Куперу. Потом они надели шлемы, опоясались мечами, взяли алебарды и потопали наверх, блюсти закон и порядок.
Купер зря боялся, упоротые клоуны никуда не делись и даже не помышляли о том. Из-за стены доносились радостные вопли, переходящие в повизгивания. Если бы один голос был женский, было бы понятно, чем там занимаются, а тут оба голоса мужские, неужели педики…
Купер зажег фонарь, Дрон сделал шаг вперед. Перегородил проход бронированным туловищем, стукнул древком алебарды оземь, клацнул краем лезвия по кирпичной кладке.
— Нарушаем? — задал он риторический вопрос. — Императорский указ нарушаем? Наркоманим потихоньку? А ну траву сюда, в круг света, живо!
В круге света были не педики, это видно с первого взгляда. Вообще не шпана, богатенькие барчата, из-за стены пролезли. В самом деле, если дырка есть здесь, почему не быть другой дырке на другой стороне? Надо Зайцу сказать, пусть наймет кого-нибудь, чтобы заделали. А в целом здорово, что барчата попались! С их отцов такой выкуп можно взять!
— Борода, ставь фонарь вот сюда, — распорядился Дрон. — А сам туда, отсекай.
— А чего отсекать-то… — пробурчал Купер себе в бороду.
Но приказ выполнил четко. Приставил алебарду к стене, обнажил меч и характерным крадущимся шагом прошел вдоль стены, держа меч наготове. До прихода в стражу Купер служил в пехоте, и строевую подготовку знал не понаслышке. Хорошо, что сегодня в смене именно он, а то как бы не улизнули… И беды как бы не вышло, тот пацан, что покрупнее, очень здоровый и мускулистый, Дрон сразу не разглядел в неверном свете, а то бы еще подумал бы, стоит ли связываться… Птааг, помоги…
— Птааг, помоги! — эхом отозвался второй парень, который поменьше.
А тот, который побольше, вдруг прыгнул и в прыжке ударил ногой прямо по гарде Куперова меча. Будь на месте Купера обычный громила, не приученный к рукопашной схватке, тут бы ему и наваляли. Но Купер меча не выпустил, хотя ни уклониться, ни заблокировать удар не успел, растерялся. От второго удара уклонился, но вяло, а третий, раскрытой ладонью в переносицу — пропустил. А какой был удар! Был бы Борода без шлема, мог бы помереть на месте. А так ничего, даже не ошеломился. А барчонок дурак, стрелку на переносице не приметил, рассадил ладонь до крови, вот и конец драке. Взмахнул Купер мечом, да и пустил дурачку кровищу из розовой щеки. А затем вытаращил глаза и завопил страшным голосом:
— А ну стоять, щас кровя пущу!
Юноша не устоял на ногах, отпрянул, споткнулся, да и сел с размаху на жопу. Но Купер придираться не стал, что приказ не выполнен, не стал пускать кровя.
— Руки за голову! — приказал Купер. — Дрон, веревка у тебя?
Вместо ответа Дрон выругался. Веревку они забыли в подвале. А вернее, забыл он, прихватить веревку была его обязанность. Но это не страшно.
— Отмудохай, чтоб не убежал, потом сбегаешь, пока валяться будет, — распорядился Дрон. Подумал и великодушно добавил: — Или я сбегаю, пока эти…! А где второй?
Второй юноша бесследно исчез, как сквозь землю провалился. Не иначе, реально помог ему Птааг. А прикольно! Двое из четырех участников схватки помолились Птаагу, оба целы и невредимы, а другие двое не помолились, и у одного кровища из носа, у другого из щеки. Отличный наглядный пример божьей милости, самого упертого атеиста проймет на раз. Впрочем, атеистической ереси в Палеополисе давно уже нет, и слава богам.
Купер разразился длинной фразой, в которой пристойных слов только четыре: «он», «этот», «Дрон» и «извини».