Он зажег трубку.
– Но давайте пока отставим это в сторону. Выхватим еще пару деталек из ситуации такой, какой она представляется. Если вернуться к маскарадному костюму, в котором гость Деппинга вошел в дом, это тоже совершенно бессмысленно. Если по какой-то причине это было частью хитроумного обмана, в котором все детали были заранее оговорены, только посмотрите на одну из них – просто фантастика! Я имею в виду, господа, неординарный выбор орудия, с помощью которого Деппинг обесточил дом. Могу навскидку назвать несколько более простых и безопасных способов вызвать короткое замыкание… Но Деппинг почему-то поступает вот так. Берет железный крючок от застежки и пихает его в розетку под напряжением!.. Вот вам крючок. Есть желающие проделать то же самое?
Морли запустил руку в свои прилизанные темные волосы.
– То-то же! – флегматично протянул доктор. – Подумайте сами: если попытаетесь сделать это, вас так ударит током, что пролежите без сознания минут пятнадцать… Если не случится чего похуже. Однако ж…
К Хью Доновану впервые за все это время вернулся дар речи. Теперь его отец не казался таким уж грозным. Он сказал:
– Я думал, вы только что доказали, что крючок был использован. И все же любой придумал бы что-нибудь получше этого.
– О, его точно использовали; поглядите на него. Но продумайте еще один ход. Вы можете предположить, как воспользоваться им совершенно безопасно?
– Должен признаться, я едва ли поспеваю за вами, – ответил епископ. – Подтолкнуть его каким-то образом, чтобы он в нужный момент угодил в розетку?..
– Нет. Но как насчет резиновых перчаток? – спросил доктор Фелл.
Повисло молчание.
– Хм… Я, конечно, всего лишь теоретизирую, – громыхнул доктор, – хотя, если сложить это с тем, что я сейчас скажу, теория получится вполне рабочая. Этот трюк можно было исполнить только так. И вновь выходит какая-то глупость, если мы воспринимаем это как часть хитроумного замысла. Деппинг должен был раздобыть пару резиновых перчаток, чтобы вырубить электричество у себя в доме, хотя (я настаиваю) можно было прибегнуть ко множеству более простых способов… Тем не менее у резиновых перчаток есть и другое назначение. Если не хочешь оставить отпечатков пальцев и при этом сохранить свободу движений и ловкость рук, лучше резиновых перчаток защиты не придумаешь.
Епископ развел руками.
– Дорогой мой доктор Фелл, – тон его голоса был почти траурным, – вы пускаетесь в какой-то фантастический бред. С чего бы покойному мистеру Деппингу переживать, оставит он отпечатки пальцев в своем собственном кабинете или нет?
Выпустив облако дыма, доктор Фелл резко подался вперед и ткнул в воздух мундштуком трубки. Его дыхание сделалось шумным и хриплым. Он сказал:
– Вот именно! С чего бы? И вот еще что, вдобавок к нашей изумительной коллекции. Почему он хотя бы притворно не поинтересовался, что со светом? Почему он не доиграл свою роль и не вышел узнать у Сторера, что происходит? Почему он не выглянул наружу? Зачем он помог гостю сжечь его одежду? И наконец, – произнес доктор, подняв трость и ткнув ею в сторону подноса с ужином, – почему он отведал всего на этом подносе, кроме своего любимого супа? Любопытно, как это похоже на классическую историю про трех медведей. «Кто сидел в моем кресле? Кто ел мою кашу? Кто…» Господа, уверен, теперь вы начинаете думать, что в этой комнате был и не Деппинг вовсе.
Епископ пробормотал себе что-то под нос. Казалось, внезапное ослепительное озарение заставляло его нарезать круги по комнате, заглядывая в лицо мертвецу…
– Тогда Деппинг… – проговорил он. – Где же все это время был Деппинг?
– Это я и хочу сказать. – И тут лицо доктора Фелла стало похоже на маску мима. – Он вырядился в кричащий клетчатый костюм, побрякушки и парик, наклеил фальшивые усы и прилепил за уши воск для грима, чтобы они торчали. Он позвонил в дверь собственного дома и попросил пройти к себе в кабинет… Вот так. Просто смена ролей в этом маскараде. Это я и имел в виду, говоря, что факты нужно отделить от видимости, иначе правды мы никогда не добьемся. Тот загадочный незнакомец изображал Деппинга, сидя в его комнате. А Деппинг…
– Вы, – вмешался Морли Стендиш, – можете доказать это? – Он тяжело дышал, на его лице вдруг отразилось облегчение.
– Думаю, что могу, – скромно заметил доктор Фелл.
– Но… – отозвался епископ. – Я… я должен заметить, с этим новым подходом, кажется, дело остается все таким же непостижимым, как и раньше.
– Не соглашусь. Поменяйте их местами, – призвал доктор Фелл, – и я попытаюсь все упростить. Хех, да.