— Спонсоры, серьёзно?
Я и не скрываю интереса. Мысли о грязных сапогах и испорченных джинсах сразу улетучиваются. За недолгую карьеру я успел урвать пару мелких контрактов. Эти деньги позволили купить трейлер и обновлять снаряжение. От меня в основном требовалось носить их нашивки и улыбаться для соцсетей. Иногда упоминал их в интервью. Но это были небольшие фирмы. А вот контракт с одной из больших «пятёрки» — это уже гарантия будущего, даже когда закончишь кататься.
— Какие именно? — подталкиваю я. Кёртис почесывает щетину, прежде чем ответить.
Наконец он кивает, наливает кофе в кружки и садится напротив. Я выпрямляюсь, чтобы наши колени не задевали друг друга. Мы молча делаем по глотку, и горячая горечь прогоняет остатки холода из моих костей.
— Ace High и Horizon. Обе ищут нового представителя в этом сезоне.
Ace High и Horizon. Две компании из большой пятёрки. Первая — крупнейший поставщик ковбойской одежды в Северной Америке. Вторая — у неё верёвки на каждом ранчо в стране. Эти бренды в родео десятилетиями. Те, кто подписывается с ними, становятся самыми желанными спортсменами в нашем мире. Их знают далеко за пределами арены. Я бы отдал что угодно, лишь бы привлечь внимание хотя бы одной из них и доказать, что я стою их инвестиций.
— Ну ни хрена себе, Кёрт, — протягиваю я, слегка растягивая ругательство. Судя по его взгляду, это не производит на него того же эффекта, что на женщин. Я усмехаюсь и добавляю: — Пожалуй, поглажу свой парадный.
— Не вижу смысла. — Кёртис криво усмехается, закидывая руку на спинку сиденья. — Ace High ищет наездницу. А ты, может, и симпатичный, но задом их джинсы не заполнишь.
— Мой зад отлично сидит в джинсах, спасибо, — прижимаю ладонь к груди с видом оскорблённой невинности.
— А я уже познакомил их представителя с Шарлоттой.
— У неё, кстати, зад что надо, — присвистываю я, вспоминая, как её джинсы облегают рельефные мышцы, которые так заманчиво двигаются в седле.
— Поосторожнее, — резко обрывает он. — Я люблю эту девчонку, как родную.
— Странно слышать это от того, кто только что обсуждал её зад, — парирую я. Лицо Кёртиса заливает краска.
— Не. В таком. Смысле.
Я отмахиваюсь, даже не сомневаясь, что он и правда ничего такого не имел в виду. Он думал, что поддевает меня. Просто разговор вышел неловкий. Но то, что он не смотрит на Шарлотту так, вовсе не значит, что я не смотрю.
— Она достойна этого. Отличный кандидат для бренда, — говорю я, залпом допивая половину кружки, чтобы не встречаться с ним взглядом.
— Шарлотта много работала, но одного таланта мало, — серьёзно отвечает Кёртис. Я киваю, облизав губы от остатков кофейной пены, и поднимаю глаза. — Ей важно, чтобы рядом были надёжные люди, которые поддержат. Слишком много тех, кто пытался указывать ей, как жить, или мешал. Ей не нужен ещё один такой.
Я чувствую, как мой друг и наставник меня изучает. Это в лёгком прищуре глаз, в едва заметном движении подбородка. Он пытался отговорить меня от Шарлотты в ту самую ночь, когда мы познакомились, но прекрасно знает, если я что-то решил, меня с пути не свернуть. Я выдерживаю его взгляд, держу плечи расслабленно, стараясь показать, что не собираюсь причинять ей боль. Похоже, он видит, что хотел увидеть, потому что чуть заметно кивает. Я едва слышно выдыхаю — значит, прошёл его негласную проверку.
— Это для неё?
Его взгляд скользит к небольшой прямоугольной коробочке, завернутой в изумрудную бумагу, что лежит на кухонном столе. Я и забыл о ней, как только занялся протечкой, но теперь спрятать её уже не получится.
— Ага, — говорю я, поднимаясь с пустой кружкой и протягивая руку за его.
Кёртис передаёт её, и я ставлю обе в раковину, после чего беру коробочку. Она удобно ложится в ладонь, блеск упаковки ловит свет, подчёркивая уголок, который я так и не смог аккуратно загнуть.
— И как ты узнал, что у неё сегодня день рождения? — спрашивает Кёртис, вставая и потянувшись за своей шляпой. Он неторопливо подходит к двери трейлера, облокачивается о стену, ожидая моего ответа.
— Она как-то упомянула об этом в Джонсборо, — отвечаю я, ставлю коробку обратно на стол и в голове снова прокручиваю, не ошибся ли я с подарком. Кёртис приподнимает бровь, ожидая продолжения. Я вздыхаю. — Но я пообещал Рейне пятидесятипроцентные чаевые, если она скажет мне точную дату. Так я и узнал, что это сегодня, ладно?