— Кто? — сделал я вид, что не понял. Но внутри уже знал — хочу с ней поговорить.
— Шарлотта, — приподнял он бровь. — Симпатичная. И сегодня тебя с арены вынесла, так что будь человеком.
— Я не хам, — возмутился я.
— Ты не хочешь им быть, — уточнил он. — Но помни, она не из тех девчонок, что после шоу ищут ковбойскую шляпу в чужом трейлере.
— Я и не собирался… — начал я, но соврал. Конечно, собирался. Эти джинсы слишком уж хорошо сидят на её заднице. — Хотел просто поблагодарить её за то, что спасла меня. Без неё всё могло бы закончиться иначе.
Трэвис какое-то время просто изучает меня. Мне приходится выжимать из себя максимум самоконтроля, чтобы выглядеть как можно искреннее. Его предупреждение никак не остудило моё желание пойти с Шарлоттой дальше, чем просто дружеский разговор, но знать об этом ему совсем не обязательно. Я слегка киваю ему на прощание и разворачиваюсь, чтобы догнать ту зеленоглазую строптивицу, которая уже успела засесть у меня в голове.
— Если мои слова не заставят тебя вести себя приличнее, а Господь знает, твои лучшие манеры испарились сразу после того, как на тебя обрушился пубертат, — то вот ещё что: Шарлотта — племянница Тима.
Я останавливаюсь, позволяя этой информации осесть. Потом махаю через плечо и иду дальше.
Шарлотта Страйкер — племянница Тима.
3
Шарлотта
Джонсборо, штат Арканзас — Апрель
Я закинула седло Руни в заднюю часть прицепа и вытащила с борта щётку. Конюшня в трейлере крохотная, но мы вдвоём в ней умещаемся. Длинными мазками я веду щётку по шерсти, проводя следом ладонью.
— Ты сегодня был молодцом, — ласково говорю я. Он уткнулся мордой в ведро с овсом, явно пытаясь отыскать мятные конфеты, которые я спрятала в качестве награды после заезда. — Мой лучший мальчик.
Мы выиграли. Даже несмотря на то, что наш привычный предстартовый ритуал был сорван из-за восстановления после травмы и лёгкой потяжки в плече — результат того, что пришлось вытаскивать с земли двухметрового идиота, — мы пробежали достойно. Нет, блестяще. Выручка за сегодняшний вечер станет хорошим пополнением сбережений и поможет подготовиться к следующему родео в Канзас-Сити через две недели.
Пока я чищу Руни, уделяя ему побольше ласки и внимания, мысли возвращаются к прошедшей гонке на бронках (*Bronc riding — это родео-соревнование, где наездник старается удержаться 8 секунд на норовистой лошади, которая яростно пытается его сбросить.) и Уайлдеру Маккою.
Он отличный наездник. Ездит с хорошей посадкой и с достаточной долей эффектности, чтобы угодить судьям. А уж то, что ему досталась лошадь по кличке Счастливые Тропы, только сыграло на руку — ведь половина оценки зависит и от её выступления. А она сегодня была в ярости: крутилась, брыкалась, как раз так, как любят судьи, чтобы поставить высокие баллы, и как нравится наездникам, когда они чувствуют себя непобедимыми.
Именно так, видимо, и чувствовал себя Уайлдер, когда решил выступить с ослабленной привязью. Сомневаюсь, что он понял, что я заметила: ручка была не там, где положено, да и руку он из захвата вытаскивал с трудом.
— То ли жить надоело, то ли просто придурок, — пробормотала я себе под нос, заканчивая чистку и заглянув в ведро. Пусто. Руни поднял голову, довольно шевеля мягкими губами, и уставился на меня. Не нравится мне, что мой конь будто меня насквозь видит.
Да, Уайлдер Маккой сегодня балансировал на грани безумия. Но, надо признать, чертовски красив. И на секунду, перед тем как он открыл рот, было приятно поймать его взгляд, направленный на меня, а не на его восторженных поклонниц. Руни тихо фыркнул — то ли в сочувствии, то ли в понимании. Выпрямив плечи и решив игнорировать эти чёртовы бабочки в животе, я взялась за недоуздок, прижалась лбом к его широкой морде.
— Глупые ковбои.
— Это нечестно. Ты ведь знаешь не всех нас, особенно меня. Я вообще-то был в числе лучших выпускников своего класса.
Я подняла взгляд на голос, раздавшийся из окна над моей головой, и увидела Уайлдера, прислонившегося к борту прицепа. Приподняла бровь, понятия не имея, зачем он здесь стоит. Его лицо расплылось в улыбке — белоснежные зубы, сплошное обаяние. Я сузила глаза, стараясь не обращать внимания на предательский укол в животе от того, насколько он хорош собой.
— В числе лучших? — переспросила я недоверчиво. Провела рукой по боку Руни и вышла в распахнутую заднюю дверь, всегда давая ему понять, где я нахожусь. Он это любит. Снаружи я захлопнула тяжёлую дверь и задвинула засов. Уайлдер обошёл трейлер и встал передо мной.