Пацаны ДАЖЕ НЕ СПОРИЛИ, уверены были: «без шансов!». А … Что я теряю? Не укусит же? Даже если укусит…Может, не насмерть? Страшно, конечно. Зато не буду жалеть, что не попробовал.
Догнал девушку, подстроился под её шаг. Спросил развязано:
- Привет, можно с тобой познакомиться?
Даже голову не повернула, коза драная. Как буд-то нет меня. Я ожидал такую реакцию. Без реакции.
- В одну сторону движемся, - напомнил. – На электричку?
Девушка ускорила шаг, рискуя подвернуть ногу на каменистой дороге. Не преследовать же её!
- А не намахнуть ли нам, товарищи алкоголики? – в ответ солидарность и полная готовность.
- Только…поют финансы!
– Ничего, я угощаю.
Взяли в ларьке три пива и бутылку водки, расположились в лесочке на пригорке, поближе к путям железнодорожным, чтоб не пропустить поезд. Намахнули. До электрички ещё сорок минут…
- Сейчас вернусь, - бросил я пацанам и пошёл к вокзалу. Девушка не выходила у меня из головы, мешая трезво соображать.
- Куда попёрся? Хочешь лично услышать: «пошёл на…»?
В гулком полумраке станции я её заметил не сразу (увидев меня, она поспешно отвернулась). Полный провал памяти в следующие две минуты. Чернота. Я не помню что делал и как убеждал, но…Она встала, подала руку, сказала:
- Пойдём отсюда.
На меня снизошло озарение, или я изобрёл универсальную форму пикапа? Как? How It's Made, я спрашиваю?! Ещё раз на медленном повторе, включите перемотку! Оказалось, повторять нечего… Ей стало стыдно перед соседями-дачниками, сидящими рядышком там же, в вокзале. Они демонстративно не обращая внимания, за развитием диалога нашего, с диким любопытством в замочную скважину подглядывающего, наблюдали. Чтобы избежать лишнего внимания (и прилюдно не позориться) она вышла со мной. Весь секрет успеха великого Дон Жуана. Ну и что? Она же вышла со мной, а не с дядей Ваней. Правильно?
Когда пацаны увидели, что я возвращаюсь назад не один, а в компании, потеряли дар речи (удивились знатно). Я представил спутницу:
- Даша! – меня распирало.
Накатили за знакомство:
- Не пьешь? Молодец! А мы, с твоего позволения… За тебя, Дарья! Ну, рассказывай! Кто ты собственно есть и куда направляешься?
Екатеринбурженка (землячка); учится в УРГУ; филология, последний курс (с факультета невест и почти ровесница), возвращается домой с дачи в Трёках (соседка. От Нижнего села до Треки медленным шагом пять киллометров). Я словно примерял с Дашей возможные отношения. Я забыл. Напрочь. О том, что у меня есть девушка.
И сделал большую глупость. Что бы впечатлить Дашу… Сразу и много наврал.
О том, что крутой рокер:
- Играем музыку по кабакам в праймтайм: вечер пятницы, суббота.
О том, что учусь не в сраном СИПИ, а в Юракадемии:
- На Колмогорова или Комсомольской? – чёрт! На Колмогорова?
И самое главное – я дал понять, что свободен:
- Разбито сердце моё на кусочки об отношения прошлые...
Ещё даже не начали толком общаться, а я уже подлый обманщик. С размахом!
Даша попросила съиграть на гитаре. И я гитару даже расчехил…убрал обратно. Не получится. Она же НЕ НАСТРОЕНА. Так настрой, урод! Ещё бы уметь настраивать…
- Хочешь, стихи?
- Твои?
- Можно мои, но лучше Есенина! У Есенина отличные лирические стихотворения! – открыл Америку.
Подошла электричка. И свободные места у окна. С комфортом сели. Говорили о музыке, кино и литературе. Бурно обсуждали Достоевского («тварь дрожащая или право имею»). Краеугольный камень самоидентификации каждого поколения. «Я – тварь». Или «Я право имею». А если и то и другое – одновременно? Каждый кто приступил закон для себя однозначно ответил?
- А как Конан Дойл разложил «Братьев Карамазовых»!
- Разложил –то в любом случае Достоевский, Дойл лишь обратил внимание.
Пацаны сошли в Первоуральске, покрутив у виска пальцем:
- Не о том надо говорить с девушкой.
- Как надо? Я б тебе вдул? Так, наверное? Поучите яйца, курицу. Ябывдульщики.
Необыкновенные два часа в электричке. Которые невозможно забыть!
По прибытии в Екатеринбург, взрываясь под напором потреблённого, и демонстрируя Даше свой культурный уровень, я обоссал стену Мукомольного завода. Даша только вздёрнула брови. Посадил её на трамвай и… не спросил номер телефона. Или адрес… Я был уверен, что легко найду её в полуторамиллионном городе (успел напиться, значит).