Бывало, знаете ли, сядет у окна,
И смотрит, смотрит, смотрит в небо синее:
Дескать, когда умру - я встречу его там,
И вновь тогда он назовет меня по имени!
Кроме этого, «Знаменка» стала стартовой площадкой для двух гениальных братьев. Самойловых Глеба и Вадима, рокеров культовых в масштабах страны. (На диске в честь двадцатилетия фестиваля авторы более трети песен – братья). Из бардов – к славе! О славе братьев не мечтал даже Митяев.
Наташа маленькая не возражала против нашей с Андрюхой компании, беспокоилась только о реакции сестры старшей: одобрит ли? Наташа одобрила.
- Ну ещё бы! Сама на две недели в Питер к столичным развлечениям!
- Не завидуй, в лесу будет тоже интересно…
- Сравнил жопу с пальцем…
- А что? Жопа и палец друг друга всегда дополняют!
Спальные места нашлись тоже – Наташа выделила свою палатку целиком с одним условием- несём её сами (да не вопрос). С дачи я привёз продуктов (в основном, конечно, картошку). А что такого? Деликатесы бывает, портятся, а картошка в походе- главный продукт (после водки) – можно запечь в углях или добавить в суп с тушёнкой. За плечи гитару- и я к фестивалю готов однозначно!
В компании из десяти мальчишек и девчонок, с которыми предстояло ехать на Знаменку, было лишь несколько персонажей знакомых, но с коммуникацией и налаживанием добрососедских отношений не ожидалось сложностей – всё-таки наши спутники не с Уралмаша гопники, да и помладше (ровесники Наташи). Оговорюсь сразу - я ненавижу рабоче-крестьянскую гопосятину! Быдло, твари, уёбки! Ничего и никого святого! Бывают буйные ребята и среди рокеров, но у них буйство иного рода – не от желания навредить субъекту, унизить или выбить копеечку, а от неуёмной тяги к (спиртному) - прекрасному, доброму, вечному.
Встретились на железнодорожном вокзале, «под варежкой» - у памятника танкисту и рабочему с соответствующей спецодежды деталью. Создатели памятника в далёком 1960- ом не могли и представить, что спустя сорок лет протянутая рука рабочего (которую следует, конечно же развернуть ладонью вверх) будет символизировать не покровительственную мощь Урала – «опорного края державы», а тяжёлой промышленности когда-то великой страны полный крах.
- Вроде какие-то заводы возрождают…
- Ты расскажи о возрождении ста тысячам уволенных с «Уралмаша».
Бурлила студентами привокзальная площадь. Выделялись стройотрядовцы- зелёными брезентовыми куртками с множеством нашивок и значков. Все с рюкзаками, палатками – у многих за спинами потрёпанные дешёвые гитары.
- Билеты на электрон берём? – на меня посмотрели как на умалишённого.
- На целый поезд ни одного обилеченного, а ты хочешь за деньги? Как его…альтруист, что ли?
- Вдруг контролёры?
- Пока они будут такую толпу ссаживать - успеем доехать до места ПА-ЛЮБОМУ.
Дорога предстояла не близкая,– два с половиной часа до Богдановича на электричке, пересадка - и автобусами до Знаменки. Рейсовых маршрутов Богданович- Знаменское не существовало, для доставки студентов к месту проведения фестиваля заказаны чартеры. Оценив количество народа на вокзале я прикинул - автобусов на всех наверняка не хватит.
Но, как говорится, проблемы решаются по мере поступления. Сейчас задача номер один – ворваться в электричку первыми, занять сидячие места, так как стоя ехать два с половиной часа приятного мало. Стремительная давка в дверях, ловкость и быстрые ноги – и нас можно поздравить! Удачно заняли две скамьи напротив. Со скрипом и усилием нескольких пар рук открыли окно. Вагон за минуту – битком. Те, кому сидячих мест не хватило, усаживались на поваленные рюкзаки в проходе. Тут же откупоривались бутылки – с пивом и не только. Несколько человек достали гитары. Я ткнул соседа в бок:
- Когда тронемся, гитары совсем не слышно будет. И слова под стук колёс не разобрать…
- А кого это волнует? Главное не то что ты играешь, как играешь и слышит ли тебя кто-нибудь, а сам процесс. Ты прислушайся, какую они галиматью сочиняют.
- А я на тракторе работал, круто заворачивал
Девкам целки рвал, бабам выворачивал!
А солнце ****ый фонарь,
Светит, сука, прямо в шар!
- Это и есть студотрядовский фольклор? Невероятно!
- Погоди и не такое сбацают…
Электричка тронулась. Звуки музыки утонули в рёве набирающего ход электропоезда. Спустя полчаса мы были единственным островком трезвости в повально пьющем вагоне. Терпели. Терпеть уговорил Андрей аргументами безупречными:
- Если начнем сейчас, то (учитывая жару и время пути) к Знаменке будем пьяные. Возможно, кто-нить потеряется в дороге, и спиртного довезем – мало. А в лесу купить -негде. Три дня куковать. Я, конечно, никого не заставляю…