Во время подготовки экспедиции многомесячный полет к Вудвейлу казался Семенову серьезным испытанием: долгое ожидание, замкнутое пространство, одни и те же лица, ― но время пролетело на удивление быстро и незаметно. По началу все азартно бросились искать аномалию Ковчега в модели природы, но через месяц вейверы выкатили огромный тренинг по безопасности, суть которого сводилась к тому что (1) искать аномалию запрещается и (2) если ты случайно ее обнаружил, вали как можно дальше, потом срочно сообщи планетологам. Насчет последнего пункта разразилась священная война между вейверами и спасателями, но до очередного рукоприкладства, к счастью, дело не дошло.
Параллельно с этим люди продолжали подготовку по своим направлениям. Приятным сюрпризом в более детальной модели звездной системы оказалось то, что для многих астероидов измерено содержание химических элементов, и некоторые из них оказались настоящими сокровищами. Неприятный сюрприз организовал Ямакава, агрессивно заставляя минимизировать количество человек и работ на планете в первые полгода. Это оказалось весьма нетривиально, ведь если отложить строительство сооружений и исследования вполне возможно, то вот организацию производства еды ― нет. Собственно, корабль базового вейва был совершенно не предназначен для какого-то ни было производства, что вызвало негодование команды инженеров. Арбогаст, математик до мозга костей, был куда меньше других подвержен когнитивным искажениям, и решительно не понимал, почему почти всей команде биологов будет разрешено спуститься, а его технологам ― нет. Внезапно, в этом вопросе Сильвергейм принял сторону вейверов, и лично отобрал в архиве самые жуткие материалы по ДМЗ 4-2. После персональной презентации Этьен вышел как в воду опущенный. Утащил в каюту бутылку красного вина. Но на следующий день всё равно продолжил возмущаться, хоть и менее активно.
Моррис ходил угрюмый и недовольный, добавил всем психологических скриннингов, а Ямакаву даже пару раз загнал в медотсек, но осмотр показал, что состояние стало удовлетворительным, и заставить вейвера нацепить датчик назад Грегор не смог.
Не смотря на то, что всё вроде бы шло нормально, с приближением к цели их путешествия волнение нарастало, и сегодня у Владимира никак не получалось уснуть. Семенов вздохнул, встал, натянул брюки и свитер, сунул босые ноги в ботинки, и направился в кают-компанию делать какао.
Вопреки ожиданиям, он оказался не единственным полуночником. Из зала было видно двойное светило Вудвейла, еще далекое, но уже достаточно яркое, и темным силуэтом на его фоне вырисовывалась фигура Вязиницыной. Лидер биологов сидела на низком парапете, прислонясь спиной к окну и что-то рисуя в своем планшете.
В нескольких метрах от нее, на спинке дивана расположился Арчи, потягивая безалкогольный сидр и любуясь парной звездой. Справа, за барной стойкой, под ярким шатром света от единственной включенной лампы, сидел Этьен, сосредоточенно водя пальцем по своему компьютеру.
В дальнем углу отодвинули стул, и оттуда, из темноты, вышел Вернон. Подошел к Арбогасту, перевернул его планшет и прижал к столешнице своей огромной ладонью. Немая сцена в два часа ночи: в сияющем конусе ссутулившийся Этьен смотрит равнодушно своими большими печальными и усталыми глазами на возвышающегося над ним Ямакаву.
– Я проверяю данные по траектории.
– Мы вышли из пузыря Алькубьерре в расчетной точке. Нечего там проверять.
– Апостериорная оценка погрешности расчетов может помочь уточнить положение аномалии.
– Всё, что ты уточнишь – это вероятность того, что ядро Ковчега валяется на твердом массивном теле. Где-то в восьмом знаке.
– Вы мне лучше другую цифру объясните, ― внезапно вмешался в тихий спор Арчи. ― Если Нарроу смог за несколько месяцев убедить Роберта, что лететь сравнительно безопасно, где он был почти пять лет? За это время на Вудвейл можно было два дополнительных развед-вейва сгонять, или адаптировать МК так, чтобы всех устраивало.
– Судя по записям, по прилету он не верил в то, что Ковчег вообще можно найти, ― хмыкнул Ямакава.
– Тогда почему передумал?
– Нашел вашу диссертацию? ― спросил Владимир, подходя к командиру спасателей, но обращаясь к вейверу. Диссертация по планетологии, представленная аделаировцами, содержала в том числе подробные сведения о том, как найти и обезвредить аномалию Ковчега в совершенно невероятных условиях.
– Скорее всего, ― Вернон, а за ним и Этьен, тоже подошли ближе.
– Окей, положим, полгода Нарроу восстанавливался и зачитывался вашим опусом. Где еще четыре с половиной?