Ямакава огляделся. Плотный строй самых разномастных булыжников окружал маленький кораблик со всех сторон, и хотя до ближайших было не меньше пятисот метров, звезды были не видны за сплошной стеной камней, а о двойном солнце напоминало лишь тусклое зарево справа. Единственные источники света ― фары тягача ― выхватывали среди неестественно резких теней впереди два медленно расходящихся астероида.
– Ребят, мне не обойти тот выступ, слишком тесно, ― искаженный рацией голос Вязиницыной в наушниках, расчет необходимой механики на прозрачном забрале шлема.
Малиника медленно гасит скорость. Снаружи, на границе поля гравикомпенсаторов, это воспринимается немного иначе. Стоящие на обшивке операторы вытравливают страховочные тросы. Вокруг тонких, люминесцирующих зеленых шнуров тут же расправляется бесконечно легкая нано-пена, делающая сверхпрочные нити более заметными.
Две огромные человекоподобные фигуры берутся за руки, чтобы одновременно подпрыгнуть, оттолкнув корабль, и позволить ему обойти выступ. Второй карабин Ямакавы замыкается на одной из петель скафандра Сильвергейма.
Здесь лебедка на обоих концах, и Арчи проверяет, что может до нее дотянуться. Спокойный. Уверенный. Расслабленно сосредоточенный. Ни следа ревности или гнева. “Ты что-то понял про Деб, белобрысый?”
Таймер. Прыжок!
Корабль аккуратно проплывает под выступом, космонавты ― над ним. Размотанные на максимум тросы слегка задевают поверхность астероида, но ни за что не зацепляются.
В поле зрения медленно вплывает Медная Гора. Почти шарообразная гигантская картофелина. Намного светлее большинства камней, высокое альбедо выдает содержание металлов.
Тягач миновал узкую щель, и Вязиницына еще сильнее гасит скорость, практически выравнивая ее со скоростью огромной скалы. Она перешла на реактивные маневровые. Гравидвижки хороши в черной пустоте, когда ты летишь к соседней звездной системе, или возле планеты, расчистившей свою орбиту от большинства крупных тел, но в плотном потоке камней компьютер, к сожалению, не может учесть все возмущения поля тяготения достаточно точно. Этого может хватить, чтобы врезаться в какой-нибудь неучтенный булыжник. С обратной стороны целевого астероида поток не такой плотный, крупных или быстрых тел там нет, к тому же, повлиять на такую большую массу гораздо сложнее, чем на крохотный буксир, поэтому всё, что остается ― это плавно сесть на поверхность и начать потихоньку выталкивать камень из пояса.
Арчи с помощью реактивного ранца подправляет траекторию. Страховочные тросы до тягача теперь идут по касательной к куполу обшивки. Операторы не спешат возвращаться на борт, чтобы не усложнять ювелирных расчетов. Внимательно следят за окрестностями, чтобы внезапно не…
– Вер, сверху!
Крик Арчи словно останавливает время. Меньше одного удара сердца оба космонавта смотрят на несущуюся на них тьму. Свет фонарей практически полностью поглощается этим камнем, и то, что Сильвергейм успел его заметить, похоже на чудо.
В следующее мгновение Арчибальд уже летит в сторону корабля, отброшенный мощным пинком Ямакавы. Оба одновременно врубают аварийное разматывание лебедок на соединяющем их тросе. Вернон отстегивает карабин, связывающий его с тягачом, не давая тому натянуться и замедлить движение.
Черный булыжник летит точно в пузырек звездолета. Радар наконец его засек, и измерения неутешительны: по прочности в своей окрестности этот камень занимает почетное второе место, и на такой скорости разнесет тягач.
Первое место занимает страховочный трос. Он разматывается недостаточно быстро, и черный астероид начинает его натягивать. Ребро темной скалы крошится под нановолокнами. Ещё пара секунд, и натянувшийся трос размажет вейвера об нежданного гостя. Ямакава отстегивает свой карабин, и одновременно Арчи включает сматывание своего троса до корабля. Он уже видит расчеты, надо крутануть тягач, чтобы убрать его с траектории опасного булыжника. Добавить импульса реактивным ранцем, чтобы выиграть время. Не думать о медленно сматывающейся второй веревке, на другом конце которой ничего нет.
Трос до корабля натянулся, добавляя Сильвергейму ещё скорости. Малиника зафиксировала тягач гравидвижками, не дав тому дернуться навстречу. Мощности собственных реактивных движков не хватит на такой быстрый маневр, но оператор может успеть. Оранжевая ферма совсем близко. Отщелкнуть карабин, чтобы компьютер тягача отключил гравитационную стабилизацию. Прицелиться…
Арчибальд ловко цепляется ногами за одну из петель, и вся его скорость переходит во вращательный импульс кораблика. Сильвергейм подтягивается к прозрачной поверхности, чтобы уменьшить плечо и закрутить тягач ещё сильнее. Огромный кусок тьмы плавно, но очень быстро проходит в нескольких сантиметрах над ним.