Айви болезненно поморщилась, но уже в следующее мгновение боль уступила место решимости. Айви вскинула голову и сказала:
– Моя мать невиновна, поэтому такой проблемы нет.
Его на это не купить. Айви любила мать, и, встань она перед выбором, у него не было бы шансов против Мэллори Йорк. Но, если ей нравится играть с «плохими мальчиками», он доставит ей такое удовольствие – пока она будет ему полезна.
– Есть и еще кое-что.
Айви настороженно взглянула на него.
– Что еще?
Люк не стал церемониться.
– Босс здесь я. И отсутствие секса не входит в мои принципы. Вам следует знать, что я вообще человек беспринципный. Вы к этому готовы?
Глава 6
Айви перевела дух и сказала:
– Давайте просто сосредоточимся на поиске статуэток и убийцы.
– Ладно. – Люк скрестил руки на груди. – Каким образом ваша мать оказалась втянутой в эту историю с Трипом и статуэтками?
Он проверял ее, ждал, скажет она правду или нет. Айви заново испытала унижение и стыд. Люк живо напомнил ей о допросах полицейских, когда обнаружилась утечка денег со счетов инвестиционной фирмы, на которую она в то время работала. Что бы она тогда ни сказала, все подвергалось сомнению. Каждый шаг ее вызывал подозрения. Но у Айви не было другого выхода: она должна была пройти через все это вновь, потому что Люк давал ей шанс отвести подозрения от ее матери.
– Мэллори познакомилась с Трипом в баре и стала с ним встречаться. После нескольких свиданий он уговорил ее подержать у себя статуэтки. Как вы уже знаете, Трип сказал моей матери, что они с женой разводятся и что статуэтки – семейная реликвия, на которую его супруга пытается наложить лапу. Он сказал, что эти статуэтки – все, что осталось у него от родителей. И тогда они вместе, моя мать и Трип, решили спрятать статуэтки на радиостанции, чтобы его жена их не нашла.
– Вы верите своей матери. – Это не было вопросом. Айви подошла к уродливому зеленому дивану и присела на его край, глядя на лежащий на полу коричневый верблюжий палас с жестким ворсом. Она догадалась, что на этом диване Люк спит. Мебели в комнате было немного, и была она какой-то невыразительной. Вздохнув, Айви заставила себя сказать правду:
– Моей маме постоянно встречались мужчины, от которых были одни неприятности. Она верила их слезливым историям, и всякий раз отношения заканчивались для нее разбитым сердцем и полным крахом надежд.
– Ах да, те самые «плохие парни», о которых вы так любите говорить в своих шоу.
Айви не стала глотать наживку:
– Что еще вы хотите узнать?
Люк стоял посреди комнаты. Он не садился, не покачивался с пятки на носок, он просто стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за ней.
– А что это за история о трех с лишним миллионах, которые утекли со счетов ваших клиентов?
Айви была готова к этому вопросу, и все равно краска стыда залила ее лицо. Сложив руки на коленях, она попыталась объяснить:
– Три года назад я собиралась в командировку и потому взяла с работы домой свой ноутбук. Ко мне зашел мой парень, Дирк. Он остался до утра и взломал, пока я спала, мою базу данных. И перевел деньги с нескольких счетов. Очевидно, он просто сделал то, что давно спланировал.
– Каким образом он получил ваши пароли?
Айви потерла переносицу. Голова болела.
– К сожалению, я утратила бдительность. Он был рядом, когда я работала дома, и ему удалось узнать мои пароли.
– Вы не настолько глупы.
Айви вздохнула.
– Сейчас уже нет. Но была. Дирк работал брокером в Нью-Йорке, затем он перебрался сюда, на Западное побережье, чтобы начать собственный бизнес консультанта по финансам. У нас было много общего, и мне даже не приходило в голову, что он может украсть несколько миллионов долларов со счетов моих клиентов.
– Вы никогда его не проверяли?
Айви опустила руку и подняла глаза на Люка.
– До того, как это случилось – нет. А потом проверила. Оказалось, что его уволили из нью-йоркской инвестиционной фирмы, на которую он работал. И он никогда не начинал своего дела. Он выуживал у людей деньги, гипнотизируя их своим обаянием, и переводил эти деньги на свои счета. Но то были мелкие суммы. А тут благодаря тому, что я позволила своим гормонам управлять собой, он выудил крупную рыбу. Обчистил счета клиентов и исчез. – Айви старалась не думать о том, какие мысли бродят сейчас в голове Люка. Да, она была глупой и доверчивой. Дирк ее вовсе не любил. Стыдно и гадко. Айви не могла усидеть на месте и встала. – Что-нибудь еще?
Люк не спускал с нее глаз.
– Вы видели тело Трипа на станции. Как он был убит?
Айви провел ладонями по спинке дивана, обитого тканью с жестким, неприятным на ощупь ворсом.
– Он лежал на кухне. Моя мать спрятала статуэтки там. Кажется, у него была огнестрельная рана в голове. – Видит Бог, Айви совсем не хотелось вспоминать эту сцену, снова видеть перед собой мертвое тело Трипа. Айви опустила взгляд на собственные руки с короткими ногтями и побелевшими костяшками.
– Сколько ран вы видели?
Айви моргнула и снова уставилась на руки.
– Я видела только одну, но, думаю, их могло быть и несколько. Я не хотела смотреть.
– С вами все в порядке?
– Спасибо, все прекрасно. – Просто ей до сих пор не приходилось смотреть на мужчин, лежащих в луже собственной крови. По спине Айви поползли ледяные мурашки. Прошло несколько часов с тех пор, как они с Мэллори обнаружили тело. Почему у нее и сейчас подкашивались ноги? Айви старательно сфокусировала взгляд на некрасивой обивке дивана. Услышав шаги Люка, она подняла голову.
Люк стоял рядом с ней.
– Вы впервые видели труп?
– Да, но это не важно. Я в порядке и могу начать работу прямо сейчас, если у вас есть данные на Трипа. Полное имя, номер карточки социального страхования и дата рождения. – «Сосредоточься, – приказывала она себе. – Концентрируйся». Но страх не уходил. Она была на грани истерики. Кто-то убил Трипа. Ее мать оказалась втянутой в историю с Трипом и статуэтками. Что, если они убьют Мэллори? Тогда она, Айви, останется совсем одна на свете. Айви сжала руки в кулаки, чтобы они перестали дрожать. – Просто скажите мне, что делать.
– Дышите глубже. – Люк положил руку ей на плечо. – Черт, да вас трясет.
Айви напряглась и отступила на шаг.
– Со мной все в порядке. Сейчас все будет в порядке… – Она с трудом выговаривала слова, уставившись на зеленую обивку дивана. – Я видела его и, когда поняла, что моя мать имеет к этому отношение, подумала, что на его месте могла быть она. Ее могли убить.
– Прекратите, – сказал Люк и, подойдя к ней, вдруг обнял ее.
Потрясенная, Айви вдыхала его густой запах, смесь аромата хвойного мыла и мужской кожи. Люк крепко обнимал ее обеими руками. Она вцепилась пальцами в его футболку, отчаянно пытаясь обрести контроль над собой.
– Я…
Не отпуская Айви, он стал одной рукой гладить ее по спине.
– Заткнитесь! – резко приказал он.
Пару минут Айви позволяла ему обнимать себя, позволяла теплу и силе Люка поддерживать ее, не дать ей развалиться на части. Она чувствовала щекой шершавую ткань его футболки, жар и твердость его груди. Она едва не застонала от удовольствия: так успокоительно приятно его широкая ладонь поглаживала ее между лопатками. Наконец Айви справилась с приступом слабости и малодушия.
– Вы умеете найти подход к больному, Стерлинг, – пробормотала она, уткнувшись лицом в его футболку.
Люк рассмеялся.