– Хочешь, чтобы я взглянула на его финансы?
Люк посмотрел в яркие голубые глаза Айви. Он знал, что она не устоит перед искушением покопаться в счетах Арнольда.
– Да, проверь, не случилось ли чего такого, что ему остро понадобились деньги. Попытайся найти причину того, почему он вдруг воспылал интересом к статуэткам. – Люк встал и уступил ей место за компьютером.
Айви не стала терять времени даром. Быстро сортируя файлы на компьютере Арни, чтобы найти системный файл его бухгалтерии, она погрузилась в работу. Мгновенно. Оставив ее за этим занятием, Люк принялся копаться в документах Арнольда, пытаясь отыскать в них ответы на свои вопросы. Возможно, он найдет объяснение, почему Арнольда так заинтересовали статуэтки? Или свидетельство того, что он действительно болтал с журналистами.
Ничего.
– Ты думаешь, это Арни украл статуэтки и убил Трипа?
Удивительно, как точно она читает его мысли.
– Да, мне приходило это в голову. – Опустив взгляд на ее губы, что находились всего лишь в паре дюймов от его губ, Люк сказал: – Такое возможно. Хотя бы просто чтобы не дать мне их отыскать или чтобы заставить меня продать ему мою долю в «Стерлинг инвестигейшнс».
Губы Айви, покрытые бледно-розовой помадой, соблазнительно блестели. Люку хотелось попробовать на вкус ее губы с этой штукой на них. Мошонку его обдало жаром, и член его проснулся.
Айви продолжала смотреть ему в глаза.
– Так как насчет убийства? Арнольд мог бы его совершить?
Однажды Арни накинулся на него с ножом, но тогда он был пьян. Люк ответил честно:
– Любой может совершить убийство, и все-таки в отношении Арни я сомневаюсь.
Айви удерживала его взгляд еще несколько секунд, затем вновь вернулась к экрану монитора.
– Я не нашла явных свидетельств того, что со счетов Арни разом ушли восемь тысяч долларов.
– Значит, скорее всего Арни не тот, кто нанял Трипа. – Вероятность того, что это сделал Арнольд, была изначально мала, но Люк должен был исключить всех подозреваемых.
– Ты в курсе его финансовых операций? – спросила Айви.
– Да. Я слежу за тем, чтобы Арнольд не загубил дела. Он в основном работает в черной зоне и открывает только ту долю прибыли, что покрывает расходы. Я не получаю жалованья.
Пальцы Айви застыли над клавиатурой.
– Почему? Ты же совладелец и имеешь право на свою часть.
Стоило ей повернуть голову, как ноздри Люка уловили ягодный запах ее шампуня. От этого запаха в нем пробуждался голод, но не ягод ему хотелось.
– Не хочу.
Кажется, она заглянула ему в самую душу.
Дверь распахнулась. Люк резко выпрямился и уставился на своего кузена. Арни смотрел на него сквозь злобный прищур, скулы его свело от ярости, на щеках горели красные пятна.
– Ты уже дошел до того, что взялся обыскивать мой офис? Мой компьютер? Я сказал, что помогу тебе.
– Мне не нужно то, что ты называешь помощью. Ты уже и так достаточно нагадил Айви.
– Я? Разве это я обманывал ее, прикидываясь безобидным клерком? А теперь еще и пресса ухватила пикантную новость за хвост. Сколько еще судеб ты намерен сломать?
Люк отошел от Айви и обошел вокруг стола.
– Ты, дерьмо, не смей изворачиваться. Я знаю твои методы. – Вдохнув глубже, он добавил: – Вот тебе еще порция свежих новостей, я не собираюсь продавать тебе свою долю бизнеса.
Арни сделал над собой видимое усилие, чтобы сдержаться. Он опустил плечи и понизил на два тона голос:
– Ты не понимаешь, что тебе пытаются помочь. Ты вляпался по самые уши, а я хочу тебя вытащить.
Айви показалось, будто Арнольд нажал невидимую кнопку и весь скопившийся в Люке гнев вырвался наружу:
– Дерьмо собачье! Ты хочешь одолеть меня, но тебе это никак не удается. Поэтому тебе надо влезать в мои дела и… – Люк понизил голос до леденящего шепота, – и копаться в моем белье. Звонить журналистам и рассказывать им, что мы с Айви занимаемся сексом. Ты получаешь от этого извращенное удовольствие. Ты не можешь спать по ночам, представляя себе это?
Айви вскрикнула, и Люк мгновенно пожалел о сказанном.
Арнольд покачивался с носка на пятку, сжимая кулаки.
– Как это на тебя похоже. Грубый и неотесанный мужлан. Ты смущаешь Айви, а она не заслуживает этого. Она не такая, как твои потаскушки. – Арнольд перевел дыхание. – Я не обязан перед тобой отчитываться. Я пытаюсь защитить честь семьи, потому что ты провалил дело. Статуэтки пропали, убит человек. Как ты думаешь, гордилась бы сейчас тобой моя мать, а, Люк?
Удар был мощный. Люк с трудом поборол искушение заставить Арнольда проглотить собственные зубы.
– Возможно, она испытывала бы такую же гордость, как тогда, когда узнала, какой ты жалкий обманщик.
В мгновение ока Арнольд сбросил с себя маску приличного человека и бросился на Люка.
Люк чуть отступил, затем сильно толкнул Арнольда в плечо.
Тот успел ухватиться за стол и удержался на ногах.
– Убирайся! Пошел вон из моего офиса. – Арнольд дрожал от ярости. – Я отвезу вас домой, Айви. Не хочу, чтобы этот ублюдок был рядом с вами.
Еще чего. Если Арни к ней притронется, Люк его просто убьет. Выбьет из него дух одним ударом. Айви побледнела. Она переводила взгляд с одного брата на другого. Затем сказала:
– Люк меня вполне устраивает. – И, пройдя мимо них, вышла за дверь.
Люк догнал ее уже в лифте.
Айви нажала кнопку первого этажа и требовательно спросила:
– Что там за история между вами произошла?
– Нас трудно назвать любящими кузенами. – Люк ощущал похмелье после приступа гнева.
Когда двери закрылись, Айви повернулась к Люку:
– Ты так ненавидишь его за то, что у него была семья, а у тебя нет?
Люк нажал на кнопку «стоп» и встал перед ней, прижав ладони к стене лифта по обе стороны от ее головы.
– Ты снова за свое, принцесса.
Айви удивленно заморгала.
– Что?
– Считаешь меня ущербным и хочешь немного подлатать? Это у тебя на лбу написано. Как штамп через всю твою симпатичную физиономию.
Айви открыла рот.
Люк уронил взгляд на эти полные губы, покрытые розовым глянцем. Он знал, что должен заставить ее замолчать.
– Знаешь, что помогает мне? Единственное, что меня приводит в чувство? Секс. Много секса. Грубого секса. Жаркого секса, с потом и стонами. Только после него я могу спать три долбаных часа подряд и не видеть кошмары. – Проклятие, он не хотел рассказывать ей про это, последнее? Айви непостижимым образом вытягивала из него больше, чем он хотел дать. Больше, чем он мог позволить себе дать. Люк оттолкнулся от стены, нажал на кнопку первого этажа и сказал:
– Если ты не готова раздеться догола, оставь меня в покое.
К тому времени как они добрались до квартиры Люка, Айви готова была закричать от накопившегося напряжения. После той сцены в лифте они говорили только о деле. Она не боялась Люка, она боялась себя.
Люк захлопнул дверцу машины и сказал:
– Я хочу проверить клиентов Трипа из того списка, что передала Кэт. Может, удастся получить подсказку, кто из знакомых Трипа держит у себя статуэтки.
Айви кивнула.
– А я собираюсь проведать маму, но мы можем встретиться…
– Нет. – Люк проводил Айви к ее «тойоте». – Оставайся дома и отрабатывай финансовую сторону вопроса.
– Ладно. – Айви не собиралась с ним спорить. Она упросила его помочь ей, и он согласился. Ни к чему маячить у него перед глазами круглые сутки. Люк вообще в ней не нуждался. Ведь ушел же он из ее дома еще до того, как она проснулась. Он может использовать секс в качестве снотворного, но секс не поможет ему выполнить работу.
Кстати, о ее, Айви, жизненном опыте. Она не зря так любила числа. Держалась за них. Числа никогда не подведут. Они не затянут ее в опасный водоворот противоречивых чувств, как это сделал Люк. Но она хотела, она должна была ему помочь. Убедить его, что он достоин лучшего отношения к себе со стороны женщины, чем предполагала роль временного сексуального партнера. Хотела – и получила свое. Наступила на те же грабли, что и все те жалкие сентиментальные женщины, которые западают на «плохих парней».