— Товарищ подполковник! Сержант Нигматуллин по вашему приказу прибыл! — вытянулся перед начальником райотдела Марат.
— И правильно сделал, — поднялся из-за стола подполковник Хасанов. — Ты почему не хочешь родину защищать, Нигматуллин? Тебя, как лучшего из лучших, майор из Москвы приглашает кадровым военным стать. А ты? Позоришь отделение, Нигматуллин.
— Товарищ майор, — набычился Марат, — с чего вы взяли, что я не хочу родину защищать? И вообще, откуда вы знаете, что я отказался?
— Ты забыл, Нигматуллин, где работаешь? Что твой начальник до этого кресла был одним из лучших оперативников? Собрал я информацию, подумал и сложил два плюс два, — усмехнулся усатый седовласый подполковник. — Так почему отказались, сержант?
— Товарищ подполковник, — поднял голову Марат, — я же кавалерист, а меня в пехоту послать хотели. Не хочу я в пехоту. Там нет лошадей, шашки пехотинцам не положены.
— А также папахи, сёдла и кубанки, — топорща усы, продолжил Хасанов. — Тебя не в пехоту, а в мотопехоту сватали. Согласен, лошадей там нет. Вместо них мотоциклы и бронетранспортёры. А про то, что не каждого столичные майоры лично уговаривают, ты думал? Ты ведь очень хороший стрелок, Марат, самый меткий в нашем райотделе. Именно поэтому тебе необходимо работать в армии, учить новобранцев убивать врагов.
— Товарищ подполковник, я преступников ловить хочу, — не сдавался Марат, — как же я брошу свой райотдел?
— Для наших воришек и шпаны — преступники — слишком громкое определение, — махнул рукой начальник, — матёрых уголовников в районе и области по пальцам пересчитать можно. А ловить ты можешь и в армии, Нигматуллин. Только не бандитов, а языков и перебежчиков врага. С твоими данными надо в разведку, либо в контрразведку. Вот что, я сейчас позвоню военкому, поговорю с ним, а ты завтра снова побеседуешь с майором. Нужную характеристику я тебе дам. Всё, иди, сержант, подумай ещё раз, что завтра говорить будешь.
ГЛАВА 3
Кольский полуостров. Двадцать пятое июня
— Ну-с, дорогие мои, прошу высказывать по этому поводу своё мнение, — отведя взгляд от монитора, произнёс маг. Три адмирала задумчиво рассматривали столовые приборы, чашки с чаем и блюдца с вареньями. — Давайте, давайте, не стесняйтесь.
— Разгром Франции нами прогнозировался, — первым нарушил молчание Нортон-Майоров. — Сталин пару месяцев назад даже не принял французского посла. Поручил Лаврентию соблюсти приличия и поохать-посюсюкать с французом за чашкой кофе. Англия бывшим союзникам ничем не помогла. Разрешение на заход в свои порты французским кораблям — это меркантильное желание за чужой счёт увеличить свой собственный флот. Из боевых кораблей — в Англию ушли только какие-то катера. Весь остальной флот Франции удрал в африканские базы.
— Всё так, — согласился маг, — но вы не обращаете внимания на раскол среди французских военных и моряков. После того как Вильмунд-Коваль не позволил Маршаллу у побережья Марокко атаковать эскадру адмирала Дарлана, немцы заявили Союзу официальный протест и сильно обиделись. А Дарлан, прибыв в Дакар, заявил о создании Заморской Франции. И обратился к Сталину за помощью. Теперь нам с Германией мирно никак не разойтись.
— Кто же виноват, что итальянцы не остановили Дарлана ещё в Средиземном море? — изумился Лисов-Кантин. — Вот отчёт адмирала Владимирского. Он лично наблюдал с крейсера «Красный Крым» за отходом итальянского флота. И фотографий корабельный самолёт наснимал. Итальянцы без боя пропустили эскадру Дарлана, а мы теперь виноваты?
— Хм, если эти итальянцы испугались сражения два на два, то что же они будут делать в случае превосходства противника? — подключился к разговору Торм-Трувор. — По информации Владимирского, итальянцы имели двойное превосходство в крейсерах. И эсминцев было намного больше, чем у французов. Похоже, Италия является слабым звеном в антисоветском союзе. И открытым для ударов с моря.
— Не стоит обольщаться, Арландий. — Маг снова посмотрел на фотоснимки отходящего итальянского флота. — Мы ещё не знаем, что за воины эти итальянцы. Может, они договорились с Дарланом и пропустили его эскадру?
— Знаем, вот расшифровки переговоров, — вынул Торм-Трувор свой козырь, — из которых прекрасно видно, что адмирал Кампиони не рискнул начать бой. Не думаю, что он испугался наших авианосцев по другую сторону пролива. Кампиони просто струсил, за что его следует отстранить от командования флотом.