Один.
Меня отослали из дома в возрасте шести лет, сказали мне будет проще на орбитальной станции с дедушкой и бабушкой. Я буду лучше спать при низкой гравитации, да и врачи там куда лучше. Но они ведь имели в виду, что так будет проще для всех. Сейчас я уже научился занижать ожидания.
Не то чтобы я долго хандрил из-за этого… или еще чего другого.
Мой юниглас делает свою работу, и над панелью управления возникает виртуальный экран. Облегчение сродни наркотику. Вот в чем я хорош. Не люди. А я.
Делаю шаг назад и поднимаю обе руки, словно дирижирую оркестром, слой за слоем продираясь сквозь древние алгоритмы оперативной системы. Сжимаю их в кулаке, отбрасываю в сторону протоколы безопасности и направляю энергию к муфтам, удерживающим шаттл Сильдрати на месте. Слышу слабый крик Тайлера через юниглас, и нервный перезвон плазменных резаков резко обрывается. Это даст нам секунд тридцать.
Я ныряю в головокружительную путаницу кодов, раунд второй. Наношу второй удар по сцеплениям, но техники Сильдрати уже дают мне отпор. Отмахнувшись от дисплея взмахом руки, опускаюсь всем весом на пятки, костюм с тихим шипением компенсирует это. Быть может, я смогу испортить их показания, заставить их компьютеры думать, что в грузовом отсеке недостаточно кислорода, чтобы выровнять давление атмосферы. Это потребует чего-то более практичного.
Вынимаю мульти-инструмент оттуда, где он уютно устроился: в темпом изгибе металла у моих ребер; сорвав заднюю панель с компьютера, пытаюсь забраться внутрь. Я, правда, надеюсь, что мой скафандр заземлен, иначе меня поджарит как следует. Но даже если это не сработает, я знаю, что не смогу делать это вечно. Руки дрожат. Обычно с ними все в порядке, быть может, из-за крошечных симуляторов, которые тянутся к кончикам моих пальцев, и к ногам тоже… им нужно гораздо больше поддержки, и коленям, и бедрам. Но если через меня прокачать достаточно адреналина, все станет жёстче, а прямо сейчас адреналина у меня хоть отбавляй. Мысленно, я уже вижу картину, как Несломленные врываются в грузовой отсек, поедая мою команду на ужин, а потом и меня на десерт.
Смогу ли я продержаться достаточно долго, чтобы встретиться с ними лицом к лицу? Или же я спрячусь так, что им придется вытаскивать меня?
Я еще в стольких разговорах не поучаствовал. Мне нужно было быть повежливее со своими бабушкой и дедушкой. Следовало бы извиниться перед родителями. Следовало бы извиниться перед большинством людей, с которыми мне довелось познакомиться, вот только от моих извинений становится только хуже.
Вероятно, это мой последний шанс попытаться.
— Послушай, Зила, — говорю я. — На счет твоих родителей..
— Сэр, я получаю сообщение от эсминца Сил Земной Обороны, — произносит она. — Идент: Беллерофонт. Они только что прошли через Складные Ворота в ответ на наш сигнал бедствия и рассчитывают, что сейчас они в одиннадцати минутах от оружейного полигона.
Тайлер отвечает по коммуникатору.
— Хм, ты уверена?
Его потерянный голос полностью выражает мое состояние. ЗСО ни за чтобы не вмешались в нечто подобное. Они бы ни за что не оказались здесь, на самом отшибе космоса, не говоря уже о том, чтобы скомпрометировать нейтралитет Земли с Несломленными…
— Подтверждаю, — отвечает Зила, не сбиваясь с ритма.
— Зила, соедини меня с Сильдрати, — говорит Скарлет.
— Трансляция.
— Захватчики Сильдрати, — начинает Скар «не-связывайтесь-со-мной» тоном. — Пожалуйста, примите во внимание то, что мы получили поддержку от корабля Земных Сил Обороны, который вы, без сомнения, можете лицезреть на своих экранах. Если хотите сберечь свои прекрасные задницы целыми и невредимыми, советую убраться отсюда подобру-поздорову. Или же вы можете остаться, и тогда мы посмотрим, сможет ли сравниться корабль класса Призрак Сильдрати с вооруженным до зубов земным эсминцем. Выбор за вами.
Разве не странно, что этот ее «не-связывайся-со-мной» тон вызывает во мне непреодолимое желание сказать ей, что она может связываться со мной в любой день, когда пожелает?
Мы все задерживаем дыхание. Я остаюсь на месте, на четвереньках, наполовину внутри древнего компьютера. Зила не шевелится рядом со мной, и я слышу лишь ее тихое дыхание, да шорох команды внизу через интерком, когда они занимают позиции. А затем с дрожащим лязгом, шаттл Сильдрати вырывается на свободу.