Он бросает взгляд на свой юниглас, качая головой.
— Это был довольно простой взлом. У нас минута, может две.
— Ладно. Все отряды службы безопасности на пути сюда, на двенадцатый уровень. Стыковочный отсек на пятом. Сэт, возьми Зилу и Кэла, чтобы спуститься туда и подготовить «Лонгбоу» к запуску. Если мы не появимся на борту через пять минут..
— Тай, я без тебя никуда, — говорит Кэт.
— Я хотел сказать «дай нам еще пять минут», но нет, ты не права, если мы не появимся — улетай.
— Куда вы? — Спрашивает Финиан.
— Мы со Скар идем за Авророй.
— Я иду с вами, — говорит Кэл.
— Нет, — рычу я. — Только не ты. Ты торчишь тут, как указательный шестифутовый палец. Доберись до стыковочного отсека. Возможно, тебе придется прорываться с боем.
— Вам придется сражаться на пути к Авроре, — говорит Кэл, выходя вперед. — И я лучше вас.
— Я отдаю приказ, легионер, — рычу я.
Кэл склоняет голову на бок.
— Прошу вас, сэр, докладывайте обо мне, не стесняйтесь.
— Ради любви к…, - вздыхает Скар. — Почему бы вам двоим не поцеловаться, и не помириться?
— Я смотрел на вещи и похуже, — бормочет Финиан.
Лифт прибывает, и двери с шипением разъезжаются, пока сигнализация продолжает оглушительно вопить. Мне любопытно, в чем же все — таки дело. Почему Кэл так рвется спасать Аврору, когда он вел себя с ней как придурок на Сагане. Но глядя в его глаза, я понимаю, что он не сдвинется с места, если только я не дам ему пинка под зад, и, дыхание Творца, у нас просто нет времени на это.
— Скар, иди с Кэт. Пять минут и начинайте. Это приказ.
Скарлет смотрит на меня, моргая из-за серебряного дождя.
— Да, сэр.
Все четверо садятся в турболифт и, прежде чем дверь закрывается, я смотрю в глаза Кэт. Я поворачиваюсь, чтобы сердито посмотреть на Кэла, но натыкаюсь на твердый, словно алмаз, взгляд.
— Важные заключенные находятся на гауптвахте одиннадцатого этажа, — говорю я.
— Следуйте за мной, — отвечает Сильдрати. — Сэр.
Мы бросаемся к лестнице, перепрыгивая через четыре ступеньки, спускаемся на уровень ниже. В коридоре Кэл вырывается вперед, все еще держа перед собой руки в магнитных наручниках. Я иду позади, тыкая ему в спину винтовкой-дезинтегратором, надеясь, что выгляжу как охранник, который сопровождает пленника.
Мимо нас бежит техническая команда с огнетушителями, позади них отряд ЗСО. Никто из них даже не удостоил нас взглядом. Сигнализация все еще надрывается, по системе внутренней связи сообщают о пожаре, который Зила устроила в электрических проводах. Я мысленно делаю заметку потом спросить у Фина, зачем он прячет в экзоскелете пропановую горелку, и какие еще сюрпризы он припрятал в этой штуке.
Если, конечно, мы выберемся отсюда живыми.
На мостике почти пусто: все ушли на наши поиски. Я вижу коридор за приемной, вдоль которого выстроились массивные двери. Младший офицер печатает что-то на компьютере, второй сидит за стойкой и кричит что-то по коммуникатору. Завидев меня, он поднимает руку, жестом приказывая мне подождать.
А затем все начинается.
Сперва, у меня странно покалывает в затылке. Воздух становится плотным, сильно разряженным, будто под статическим электричеством. Среди гула двигателей, пронзительных визгов сирены слышится какой-то другой шум. Почти..
Шепот?
Я смотрю на Кэла, и судя по тому как он нахмурился, он тоже это слышит. Офицер на мостике моргает, бросая взгляд на камеры предварительного заключения.
Без предупреждения свет гаснет, погружая нас в кромешную тьму. Шепот становится громче, настолько, что почти можно разобрать какие-то слова и вся комната начинает…вибрировать. В темноте слышны крики, за ними следуют удары и влажный хруст, а после титановые двери во всех камерах сминаются, как бумага. Все дисплеи над пультами управлений становятся черными. Двигатели и сирены внезапно умолкают. Над головой вспыхивает тусклое аварийное освещение.
У земных эсминцев есть четыре отдельных ректора, сотня предохранителей и дюжина различных резервных систем. Как бы невозможно это не звучало, я понимаю, что весь корабль полностью и совершенно внезапно потерял энергию. Тишина после прежнего шума кажется просто оглушающей, и я смотрю в коридор, гадая, что же здесь происходит. Из — под одной из раздавленных дверей что-то просачивается: темная, серая жидкость и я понимаю, что это..
— Кровь, — шепчет офицер с гауптвахты, протягивая руку за пистолетом.
Кэл, воспользовавшись шансом, сбрасывает с себя наручники и вонзает их в горло офицера. Мужчина, задыхаясь, падает на пол, а Кэл, перепрыгивая через стойку, дважды ударяет его и тот, теряя сознание, остается лежать на полу, истекая кровью. Младший офицер разворачивается и с киком вскидывает пистолет, Кэл ломает ему запястье и локоть, а затем сбивает с ног, прежде чем я успеваю нажать на курок. Сильдрати выпрямляется, отбрасывая длинные косы за плечи, его лицо совершенно бесстрастно, словно он только заказал ужин.