Алекс Найду.
Бывший #38
Плюсы: бицепсы!!
Минусы: не обнаружены.
— Почему я опять с тобой порвала?
[СОХРАНИТЬ]
Вынуждена признать, что когда я завербовалась в Академию Авроры, я не так представляла себе подъем по карьерной лестнице. Честно говоря, на самом деле, мне не очень хотелось вступать в Легион. Но Тай был одержим идеей «что-нибудь изменить», а я просто не могла отпустить его одного. Мы выросли без мамы. Отца убили на Орионе, когда нам исполнилось одиннадцать. Будь я проклята, если позволю себе потерять еще и брата — близнеца.
Помню, как стояла в очереди на Станции Нью-Геттисбурга. Нам обоим по тринадцать, ждем, когда дойдет наша очередь до офицера вербовки. Помню, как спрашиваю у Тайлера, правильно ли мы поступаем. Все, наконец, будет хорошо?
— Не знаю, — говорит он. Затем он касается символа Творца на воротничке и пожимает плечами. — Иногда остается лишь вера.
Я могу зубрить наравне с лучшими, поэтому успешно сдала экзамены. Я и в самом деле могла бы стать лучшей, если бы прилагала больше усилий. Куратор кадетского корпуса однажды сказала мне фразу: «Если бы она подала заявление сама, то появлялась бы в моих оценочных листах чаще любого кадета за всю историю Академии.» Но мне было противно все это.
Ненавистные правила, ненавистная рутина, ненавистная станция.
Парни были развлечением.
Джесси Бродер.
Бывший #45
Плюсы: попка.
Минусы: та еще задница.
— Хмммм..
[СОХРАНИТЬ]
Ну, что тут скажешь, я девушка непритязательная.
Слышу тихий шелест открываемой двери мостика, поднимаю взгляд, ожидая увидеть Зилу, которая пришла сменить меня. Но вместо этого вижу нашу местную безбилетницу, Аврору О`Мэлли. Девушку вне времени.
Девушку, которая выбралась из постели?
— Как ты здесь оказалась? — Интересуюсь я.
Кому-то могло показаться немного подлым, что Тай мудро настоял на том, чтобы заключить под стражу нашу юную Мисс О`Мэлли, а не отпустил бродить по кораблю. Чтобы он не увидел на борту эсминца ЗСО, это здорово тряхануло моего братца.
Поэтому после того как она, Кэл и Тай убрались, Финиан закрыл Аврору в трюме с одеяльцем и дополнительным шифровым кодом на двери, который он, очевидно, позабыл ввести, поскольку она стоит прямо передо мной, в то время как не должна. Мысленно напоминаю себе порычать на Финиана попозже.
— Аврора? — Зову я.
Девушка не отвечает. Волосы спутаны после сна, а эта белая прядь в челке проводит тонкую грань между чем-то шикарным и дико странным. Глаза полуприкрыты. Ресницы подрагивают. Ее правая радужка абсолютно белая, как и ее челка и точно также являет собой нечто среднее между шикарным и дико жутким. Ее движения скованы, язык тела по всем показателям какой-то неправильный, и моя первая мысль — она ходит во сне. Но и это не объясняет того, как ей удалось выбраться из трюма. Если только шифр Финиана настолько прост, что его смогла взломать двухсотлетняя девушка. Во сне.
Да уж, я уж как следует погрызусь с ним после такого..
Аврора поворачивает голову, будто бы оглядывая комнату. Сложно представить, что творится у нее в голове. На два века выпасть из времени. Оказаться в ином месте, да и галактика сейчас совсем другая. Но ей все равно не следует быть здесь.
— Ты в порядке? — Спрашиваю я.
Она идет прямиком к панели управления пилота. И чтобы сейчас не происходило, наш прелестный Легионер Скарлет Джонс решает, что она сыта этим по горло. Рука скользит к пистолету-дезинтегратору на поясе, и я поднимаюсь на ноги.
— Ладно, дамочка, если ты..
Ее правый глаз загорается мягким, мерцающим светом, бледным, словно сияние луны. Не глядя на меня, она поднимает руку, и невидимый удар мне в грудь отбрасывает меня в стену. Я ахаю, пытаясь нащупать дезинтегратор, но Аврора сжимает ладонь в кулак, ее глаз сияет ярче, а после невидимая сила вновь сдавливает мою грудь, не давая мне поднять оружие.
— Сюянивзия, — произносит Аврора чужим голосом. Пустым. В нем звучит эхо. — Янеметитсорп.
Я ощущаю боль, словно невидимая ладонь сдавливает костяшки пальцев. Я выпускаю дезинтегратор из руки, и он падает на пол, давление исчезает. Сердце колотится в груди, и все тело бросило в холодный пот. Я понимаю, что не могу двигаться, горло что-то сдавливает, и я даже не могу говорить.