И только затем, осознав истину, юная вэйта начала понимать, каково приходится другим отверженным. Грязная сцена за бортом повозки задела Ри куда глубже, чем она ожидала.
Тем временем из дома вышли Джихан с братом. Даже через толстый войлок вэйта слышала гневное дыхание мальчика.
– Тэнгэр олдаз виртхак!!!… – Джихан разразился длинной тирадой на родном языке. Его брат что-то успокаивающе ответил, мальчики вполголоса заспорили.
– Эй! – внезапно Джихан перешёл на общий. – Ты куда? Ответил ему вкрадчивый, какой-то гладкий голос, от которого Ри едва не затошнило.
– Господин приказал посадить девку в вашу повозку…
– Он мне не господин! – взорвался Джихан. – Он был пьян! Убирайся отсюда и забери… – мальчик запнулся, – …шакал, да надень на неё что-нибудь, холодно ведь!
– Одевать господин не приказывал… Отойди, юноша, не перечь словам сэра Уорреса… Свистнул выдираемый из ножен ятаган.
– Я сейчас сделаю тебя евнухом, гиена!
– Джи, успокойся! – младший брат Джихана говорил на общем с сильным акцентом. – Не надо гневать сэра Уорреса, он был добр к нам и гостеприимен.
– О, пророк Шого, верни разум этим людям… – прорычал старший мальчик.
– Мерзавец, она же сейчас от холода умрёт! Тьфу!
Задник тента откинулся и Джихан запрыгнул в повозку. Затем, стиснув зубы, резким рывком затащил туда нагую девушку лет шестнадцати.
Рабыня действительно была необычайно красива. Стройная, гибкая, она обладала узким точёным лицом, большими алыми глазами, тонкими губами и очень светлой, почти белой кожей. Ресницы и волосы – все волосы, не только на голове – были совершенно белыми; Ри поняла, что видит перед собой очень редкое явление, девушку-альбиноса.
За те несколько секунд, пока вэйта могла наблюдать тело новой пленницы, она успела заметить парочку свежих синяков и отметины от цепей на запястьях. От холода девушка была почти без сознания.
Джихан бросил её на мешок с зерном, сорвал с клетки енотов утепляющее войлочное покрывало и укутал рабыню с ног до головы. Из другого конца повозки на всё это с удивлением смотрела негритянка.
– Жансу, амай-тан хеккар хач. – резко приказал мальчик. – Хош!
Больше ни на кого не взглянув, Джихан соскочил на землю и задвинул тент. Старуха, тем временем, поспешно разжигала огонь в медном котле.
Ри закрыла глаза. За сегодня на её долю выпало столько волнений и тревог, что юная вэйта даже не заметила, как погрузилась в тяжёлый сон без сновидений.
Проснулась она от тряски. Стояло раннее утро, повозка неторопливо катилась по дороге, подпрыгивая на каждом ухабе. Прислушавшись, Ри различила снаружи конский топот; очевидно, Джихан и его сопровождающие двигались верхом.
В повозке кроме зверей и рабыни никого не было. Девушка, закутанная в войлок, сидела между клетками волков и куниц, подтянув колени к подбородку. Ри почти час молча за ней наблюдала, но рабыня даже не подняла головы.
– Эй! – решилась наконец вэйта. Девушка, вздрогнув, испуганно вскинула глаза и принялась озираться.
– Кто тут?… – немного дрожащим голосом спросила она.
– Я в клетке, справа от тебя. Глаза рабыни полезли на лоб.
– Го… го… говорящая ящерица?! Ри вздохнула.
– Вэйтар. Моя раса зовётся вэйтары. Девушка ещё глубже забралась в угол.
– Не… не делай мне ничего…
– Я тоже пленница, не бойся, – печально отозвалась вэйта. – Меня зовут Ри. А как твоё имя? Рабыня несмело разглядывала юную вэйту.
– Метель… Мета. Ри улыбнулась.
– Подходящее имя. А лет тебе сколько?
– Семнадцать. Ящери… Ри, ты ядовитая? Вэйта звонко рассмеялась.
– С чего ты взяла?!
– Все змеи ядовитые… – неуверенно отозвалась Мета.
– Во первых, не все. А во вторых – я что, похожа на змею? Девушка кивнула.
– Похожа. Я очень боюсь змей и других… ползающих. Ри молча встала и несколько раз обошла свою клетку по периметру.
– Как видишь, я не ползаю. Мета нерешительно кивнула.
– А что ты ешь?
– Жуков, пауков, мышей…
– Фу!
– Я не жалуюсь, – Ри усмехнулась. – Ты, например, с удовольствием ешь хлеб и пьёшь вино, а меня от них тошнит.
– Я не пью вина! – вскинулась девушка.
– И правильно делаешь, – грустно ответила вэйта. – Я много раз видела, что происходит с людьми, выпившими этого ядовитого напитка. Вчера тебе ещё повезло… Мета уронила голову на руки и внезапно расплакалась. Ри от удивления раскрыла пасть.
– Мета, что ты?.. – юная вэйта уселась на пол клетки. – Не плачь, лучше расскажи о себе, кто ты, откуда… Хочешь, я первая расскажу? Всхлипнув, девушка кивнула. Ри улыбнулась.
– Я вылупилась одиннадцать лет назад, в далёком южном краю…
Рассказывать правду об Эгладоре и Алазаре Ри не собиралась, поэтому она с ходу придумала историю о племени вэйтаров, попавшем в рабство, о том как сбежала и долго скиталась по лесам, пока наконец не вышла к неизвестному городу, где попалась леопарду Джихана. К концу рассказа Мета уже не плакала и совсем иначе смотрела на вэйту.
– …Джихан поймал меня и посадил в клетку, – закончила наконец Ри. – Вот и вся история. Я даже не знаю, как назывался город, где меня схватили.
– Штагфурт – негромко отозвалась девушка. – Только это не город, это пограничный форт.
– Ты жила в Штагфурте?
– Нет, – Мета вновь опустила голову. – Я родилась и выросла в городе Тален, он дальше к западу.
«Тален!!!» Ри с трудом удержалась, чтобы не хлестнуть себя хвостом.
– Я бывала в Талене… – сказала она осторожно. – Невольничий караван, где гнали моё племя, останавливался там на ночь.
– Правда?! – Мета вся подалась вперёд. – А где именно?!
– На каком-то постоялом дворе, – Ри вздохнула. – Помню только, поблизости стояла таверна со смешным названием «Куница». Девушка поникла.
– Наверно, это было давно, – сказала она тихо. – «Куницу» уже полгода как сожгли. Вэйта с трудом удержала крик.