«Ну вот, — грустно подумала она: — Смертельным врагом меня уже обзавели, а путь домой, если и не отрезан, то превращен в пытку, которая могла бы служить серьезным дополнением к Молоту Ведьм».
Роман своей белозубой улыбкой в ее адрес только подкрепил предположения девушки. Правильно оценив ситуацию, Ирина решила:
«Делать нечего: Светлана мне этого все равно не простит, а уж ее обожаемого хама я теперь живым не отпущу. Он мне за все заплатит. Да я из него моральную отбивную сотворю!»
Виновник же происшедшего, стоя перед Ириной, что-то бессвязно лепетал, по-собачьи преданно заглядывая в глаза своей жертве, которая собралась творить из него невиданную моральную отбивную.
На мгновение Ирине даже стало жалко этого жизнерадостного повесу, однако она, в зародыше подавив это чувство, мстительно сказала:
— Ну что ж, Ромочка, пойдем, — позволив ему взять себя под руку.
Так, под любопытными девичьими взглядами, не скрывающими нездорового интереса к этой из ряда вон выходящей (или совершенно тривиальной) ситуации, столь удачно оживившей скучную обстановку студенческой текучки, возмущенная Ирина в сопровождении счастливого Романа вышла из училища.
Глава 6
Ирина возвращалась домой из училища, упрямо сопровождаемая злополучным Романом, ставшим камнем преткновения в ее отношениях с подругой. Она злорадно ожидала, что парень в знакомой уже присущей ему манере начнет расточать пошленькие комплименты и нести какую-нибудь чушь, рассчитанную на потребу невзыскательных девиц. Уж тогда-то она покажет этому наглецу, с кем он рискнул иметь дело, уж тогда-то она продемонстрирует ему высшие образцы виртуозной разделки назойливых кандидатов в сомнительные женихи.
Однако возмущенную Ирину поджидало разочарование: парень просто молча шел рядом, то ли исчерпав запас банальностей, то ли вконец оробев от строгого, сурового даже лица Ирины, выражение которого обнаруживало ее далеко идущие замыслы.
Мстительное желание девушки устроить этому женолюбивому прохвосту образцово-показательную моральную экзекуцию, ввиду его талантливого молчания некоторое время оставалось неудовлетворенным и даже возымело возможность накапливаться.
Окончательно осознав, что жертва оказалась значительно хитрей, чем это можно было предположить с первого взгляда, и не только не собирается по доброй воле высовываться из засады молчания под остроумные копья своего истязателя, но похоже сама уже приступила к пассивной его экзекуции, девушка решила не ждать милости от своего спутника, а попытаться расшевелить его, заманив в беседу, изобилующую опасными для него неожиданностями.
— Роман, — обратилась она к не подозревающему еще о свой печальной участи парню, — я просто в восторге от твоей совершенно необычной манеры знакомиться с девушками. Это завораживает.
Ирина ожидала, что он немедленно клюнет на эту немудреную приманку, и приготовилась к уничтожающей атаке. Однако парень словно воды в рот набрал. Она вновь повторила попытку:
— А сколько неожиданного изыска в твоей способности отделываться от надоевших подруг! Сегодня в училище ты был просто великолепен. А как красноречив, убедителен. Интересно только, на который день пылкой и вечной любви твои пассии удостаиваются столь оригинальной сцены галантного, я бы даже сказала, джентльменского расставания?
Роман упорно продолжал молчать, и когда, вконец разочарованная Ирина решила, что как бы там ни было, но обижаться на судьбу так уж чересчур и слишком не стоит, потому как она оставила ей все-таки какой-никакой выбор: либо захлебнуться не нашедшей выхода злостью прямо здесь на глазах у коварного Романа, либо подождать, пока за ней захлопнется дверь квартиры, и гордо сделать это в стенах родного дома. Пока Ирина обстоятельно обдумывала неожиданно обнаружившуюся альтернативу, парень вдруг заговорил:
— Никакая она мне не подруга…
Ирина мгновенно отбросила мрачные мысли и, насторожившись, заняла выжидательную позицию, в надежде «вцепиться» в своего спутника по-серьезному, так чтобы только пух и перья!.. Но Роман замолчал столь же неожиданно, сколь и заговорил.