- Скучно ему, - сказал Эрра, сидевший напротив Карна, как и он сам - с головой погруженный в созерцание проносящихся мимо пейзажей. - Вот и балаболит.
- А вообще, я вот понять не могу, - Карн пришел в себя, нехотя возвращая красивые и милые сердцу образы прошлого в кладовую памяти. - На кой черт тащиться на электричке? Потом ведь еще пешком топать, потом, Тот говорил, лодку будем нанимать... К чему такие сложности, мы же спешим? Нельзя было как-то попроще...
- Нельзя, - обрезал Тот. Он сидел ярдом с Эррой, уставившись в раскрытую книгу. На обложке было написано «Введение в педагогическую деятельность». Но то была лишь обложка, на самом деле в потрепанную корку советского учебника бог мудрости вложил один из своих бесценных фолиантов. Чтобы внимание не привлекать. Фокус старый как мир, но безупречно эффективный.
- Почему? - не унимался Карн. Тревожная мысль о том, что Нисса у Ангелов, в их полном, так сказать, распоряжении, отдалилась, но не спешила гибнуть в пучине эмоциональных наслоений.
- Потому что, - Тот не хотел отрываться от своей книги, но, ощутив на себе пристальный взгляд Карна, древнеегипетский бог абсолютно четко понял, что такой ответ парня не устраивает. - Пойми, Один древнее любого из нас, его не зря зовут Отцом всех. Он не древнейший, но ближе других к первым богам, таким как Кром, Маргуш, Моай, Кичевалиду, Хтиа. Ты вряд ли хотя бы слышал эти имена.
- Гримнир многое перенял от наших великих предков, - вступил в разговор Эрра. Он оторвался от созерцания мира вне прокуренного вагона электрички и уставился на свои руки. - Он знает о мире то, что мы не в силах постичь. Но он тоже не всесилен, он тоже подчиняется древним законам. Только в отличие от большинства из нас он умеет обращать эти законы себе на пользу.
- Дорога Одина, - продолжил Тот, по всей видимости - не особенно довольный тем, что его перебили. - Это тайный путь, которым он когда-то прошел, скрываясь от всего мира. Благодаря изысканиям Локи мне удалось точно определить маршрут. Мы сможем попасть к Всеотцу лишь повторив этот путь с точностью до метра. И в строго отведенное время.
- А путь этот пролегает только через Ра? - спросил Карн. На самом деле ему было плевать, он лишь хотел поскорее найти этого «супербога», чтобы получить от него Сердце Хрунгнира, которое даст возможность добраться до Башни Солнца в Гелиополисе, где держат Ниссу.
- Нет, не только, - кивнул Тот. Как всегда, он быстро увлекался лекцией, особенно когда собеседник задавал ему «правильные» вопросы. А правильными в его понимании были те вопросы, которые предполагали многосложные развернутые ответы с большим количеством отсылок. - И через Лимб, и даже через Дуат. Но - в свое время.
- А как я проберусь через Дуат? - удивился Карн. Вот что действительно было интересно.
- В гробу, - без тени улыбки ответил Тот, возвращаясь к своей книге. - Как однажды сделал мой светлейший братец.
Карн не понял аллюзии, но предпочел завершить беседу. Он в очередной раз доверялся богам и не сомневался, что они найдут выход из любой ситуации. По всей видимости, у них есть четкий план. Значит, всего то и нужно, что безоговорочно ему следовать.
Они вышли минут через тридцать, на станции, о существовании которой Карн даже не догадывался, хотя располагалась она всего в получасе пути от города и, как он позже узнал, в дюжине километров от родной деревни его матери.
На платформе кроме них никто не вышел. Они заглянули в небольшой кооперативный магазин, где сотни мух, облюбовавших все, от шоколадных батончиков до «свежих» булок, удивленно воззрились на них своими непроницаемыми фасетками. Взгляд продавщицы (разумеется, дамы малообъятной) также был исполнен удивления. Еще бы, «городские» были здесь редкими гостями.
Собственно, все необходимое они закупили еще ночью, в супермаркете. На Карне, например, были камуфлированные штаны, черный рашгард и облегченные берцы. За спиной - шестидесятилитровый рюкзак, под завязку забитый предметами первой необходимости. Остальные выглядели примерно также, даже Эрра сменил шик и стиль на практичность и удобство.
В сельском магазине они закупили только воду, которую не хотелось тащить с собой из города. Каждый получил по пятилитровой пластиковой бутылке и они двинулись в путь.
Дорога Одина, сворачивая с железнодорожного полотна, убегала вдоль проселочной грунтовки, а потом уходила в чащобу. На станцию они прибыли в восемь пятнадцать и к обеду ноги у Карня изрядно ломило. Не то, чтобы он нечасто ходил в походы. Ходил, конечно, как и любой нормальный парень его возраста, но случалось это не чаще двух-трех раз в год, и такой периодичности было явно мало, чтобы подготовить его к подобным марш-броскам.