Эрра, бог войны и разрушения, воплощение ярости Кадингирры. Порой его называли богом чумы и мора, о нем слагали такие легенды, которые иному богу могли бы показаться оскорбительными. Но Эрра лишь раскатисто смеялся над этими историями, видя в них страх. Страх смертных перед войной, перед стихией, которую невозможно остановить или одолеть. Эрра знал, что так будет всегда. Однажды в пьяном экстазе, в объятьях крылатых духов-богинь воздуха, после штурма Ларсы, его разума коснулось видение грядущего. И он захохотал, узрев, что даже во тьме далекого будущего есть лишь война...
И кто знает, чем закончилась бы история возвышения Кадингирры, если бы однажды Эрра не услышал зов. Он пировал с другими богами в одном из небеcных дворцов, когда ощутил, что кто-то из смертных обращается к нему. Воины часто просили у Эрры благословения и он щедро делился своим вниманием с каждым из них, даруя силу, храбрости и мужество. Но то был совсем иной зов.
Эрра сразу же понял, что к нему взывает Ниску, лучший воин войска Хаммурапи. Сильный и доблестный ветеран, прошедший ни один десяток войн, раньше он никогда не обращался к Эрре. Не потому, что не уважал или не любил своего бога. Просто Ниску считал, что сам в состоянии справиться с любыми задачами. И он с ними успешно справлялся.
Однако в этот раз что-то изменилось. Ниску просил у Эрры помощи. И столько боли и отчаяния было в его зове, что бог войны, мгновенно протрезвев, сбросил с себя пышнобедрую Мамме и ринулся вниз, в мир смертных, к своему лучшему воину. Он предстал перед Ниску в пламене жертвенного огня меняющимся, трепещущим образом с алыми как ограненные рубины глазами.
- Я пришел к тебе, мой верный воин, - пророкотал Эрра. Его сильный баритон раскатился под сводами небольшой пещеры. - Что за нужда заставила тебя обратиться ко мне?
- Повелитель! - выдохнул Ниску, его била дрожь. - Я прошу тебя, лишь тебя, ибо никто боле не в силах помочь мне! Моя жена, Икшель, она рожает, но... что-то не так, повелитель, ребенок лежит неправильно и повитуха не знает, что делать. Она говорит, что не может спасти ни мать, ни ребенка!
Пещера, в которой Ниску взывал к Эрре, находилась на берегу рукотворного озера Тамту. Здесь раскинулся крупный город Борсиппа, который год от года обретал все большую политическую значимость. Он разрастался, все больше торговцев и ремесленников прибывало сюда, Борсиппу даже называли Второй Кадингиррой.
У Ниску в Борсиппе был скромный дворец, он стоял на самом берегу озера. Эрра без труда нашел эту информацию в открытом разуме своего воина, а затем проник не знающим преград божественным взором сквозь глиняный кирпич дворцовых стен. Он увидел женщину, Икшель, и кровавую лужу, что растекалась под ней по шкуре муфлона. Рядом с Икшель находилась повитуха и две жрицы Инанны. О, глупые женщины, они взывали к богине-матери, не ведая, что та едва ли почтит их своим вниманием!
Эрра видел, что Икшель умирает от потери крови, а ребенок в ее чреве задыхается, не способный освободиться от оков материнской плоти. Он все это видел, отчетливо и во всех подробностях, но не мог ничего сделать. Не было у него силы помочь страдающей женщине, помочь своему лучшему воину.
- Я сделаю все, все что ты скажешь! - кричал Ниску, и впервые Эрра увидел на лице могучего воина слезы. - Ты велик и неодолим, о Эрра! Я никогда не смел просить тебя о чем либо, но сейчас прошу. Если нужно - забери мою жизнь, но спаси мою жену и ребенка! Спаси их! Хотя бы... хотя бы ребенка... Она бы этого хотела...
Эхо его рыданий тысячекратно отразилось от стен маленькой пещеры и заставило жертвенный пламень замереть, точно в испуге.
- Я не могу, - проговорил Эрра из огня. - Прости, мой воин, я...
- Да что же ты за бог! - зарычал Ниску. Он вскочил с колен, его глаза, полные слез и бессильной ярости, уставились в пламя жестоким немигающим взглядом. - Что ты за бог, если не можешь спасти одну единственную жизнь! Что значат тысячи сраженных тобою врагов? Что значит десятки покоренных народов и сожженных столиц? Что значишь ты сам и вся наша любовь к тебе? Если ты не в состоянии спасти одну единственную жизнь! Одну! Единственную! Жизнь! Что ты за бог! Что вы за боги!
Эрра молчал. В это мгновение он неожиданно понял, насколько прав смертный воин. Бог войны, существо, что в своей мощи стоит неизмеримо выше людского рода, на деле бессилен там, где бессилен и сам человек. Он может стирать с лица земли цивилизации, он может возвышать одних царей и низвергать других, он может выиграть любую битву. Любую, кроме одной. Кроме битвы за жизнь. Одну единственную жизнь.