Парень мгновенно отлепился от двух мантикор, к которым подошел вплотную, чтобы с легкостью располосовать. Взмахнул клинком Мурамасы, отбивая сразу оба клинка Серафа, который намеревался опустить их на голову раскрытого бога войны. А тем временем полуторник Эрры прошел под правой подмышкой Серафа и ударил точно в живот стоявшему позади Херубу.
Херуб упал на колени. Его четырехкрылый товарищ отскочил в сторону, Карн сделал шаг к нему. А потом он почувствовал, что рядом есть кто-то еще. Не бог, не Ангел, кто-то совсем другой. Он выполнил перекат в сторону от Серафа и над его головой просвистел арбалетный болт. Впереди показался Охотник.
- Эта сука нас выследила! - выругался Локи, проламывая серафский доспех ударом объятого пламенем кулака. Бог огня со зловещей улыбкой проводил затухающие синие искорки, что заменяли ангелу глаза, в небытие заключенной в шлем черноты.
- Эта сука МЕНЯ выследила, - процедил Карн. Он уже хотел броситься к Охотнику, но Эрра жестом остановил его.
- Нет, - сказал бог войны. - Пусть им займется Локи. Он знает толк в Охотниках.
- С чего бы это? - возмутился Рокеронтис. Видимо, Песочный человек тоже хотел пободаться со знаменитым лимбовским сталкером.
- Я создал первого Охотника, - лучезарно оскалился Локи. - Эйвинд, Губитель Скальдов, слыхал о таком? Ну да, откуда тебе знать. Это было больше тысячи лет назад, тебя и в проекте не было...
- Пошел ты! - Рокеронтис перехватил нацеленный в него хвост и переломал о колено. Затем с нескрываемой злостью погрузил катар в спину неуклюжей мантикоры, ломая ей позвоночник. - Мне уже...
- Не утруждайся, мне насрать, - спокойно парировал Локи, копируя тон бога войны. - Я пошел.
Он двинулся к Охотнику, который засел в ветвях исполинского дуба, раскинувшего свои скрюченные пальцы над изгибом реки справа от холма. Карн оглядел поле боя. Два оставшихся в живых Серафа отступали под натиском Эрры и Тота. Мантикоры разбежались, но пара дюжин окончательно обезумевших тварей все еще носилась вдоль склона. Карн решил помочь Рокеронтису разобраться с ними, чтоб не мешались.
Пока Эрра и Тот добивали Серафов, а Карн и бог ночных кошмаров разбирались с мантикорами, Локи сошелся с Охотником. Давным-давно, когда Древние Боги еще были в силах творить настоящие чудеса, он создал Эйвинда, первого Охотника, чтобы тот выслеживал скальдов, которые по наущению проклятых христианских миссионеров вплетали в дивные скандинавские саги чуждые им мотивы.
Строго говоря, Эйвинд сам пришел к богу огня. Он просил Локи о помощи на старом, полуразвалившемся капище, молил и заклинал дать ему сил, дабы сразить своих врагов, но так, чтобы не проливать их кровь, ибо в противном случае он был бы изгнан. Локи недолго ломал голову над этой задачей. Он знал много тайн, попавших в его руки прямиком из седого прошлого этой планеты. И бог огня рискнул, он провел жестокий ритуал, изменяя саму сущность Эйвинда. Скальд перенес нечеловеческие муки и перестал быть человеком. Он стал Охотником, крадущимся меж теней Лимба, идеальной машиной для убийства, от которой невозможно было спрятаться.
Но было два нюанса, с которыми Локи, позднее не раз экспериментировавший с созданием других Охотников, так и не сумел справиться. Во-первых, Охотник терял память. Он не помнил ни имени, ни своей прошлой жизни, знал лишь, кого ему нужно убить и неумолимо шел к цели. Второй момент напрягал Локи гораздо больше. Чтобы создать из человека Охотника, бедняга сам должен был об этом попросить. И это уже было существенной трудностью, потому что никоим образом нельзя было подталкивать человека к подобному решению, иначе ритуал заканчивался плачевно.
Кто создал этого Охотника, Локи не знал. Но не удивился, ведь он не особенно бережно хранил свои секреты, да и не полагал себя самым умным из богов, так что кто-то другой вполне мог повторить его эксперимент. Однако он точно знал, как получить сведения о создателе Охотника. Но для этого требовалось сначала убить тварь. А с этим могли возникнуть проблемы, даже у него. Ибо этих чудовищ творило поистине ужасное колдовство.
Он выплеснул пламя в Охотника еще на подходе, метров за тридцать. Искрящийся фейерверками бурлящий фонтан окутал крону дерева, мгновенно обращая его в пепел. Охотник, разумеется, уцелел. Он высоко прыгнул, выполнил сальто и приземлился прямо перед Локи. Бог огня ожидал этого, поэтому Охотника встретила разветвленная огненная молния, со скоростью вспышки сорвавшаяся с правого запястья Локи.