Все более меркантильные и эгоистичные люди перестают к чему-то стремиться. Материализм убивает всякую веру. Но не ту веру, о которой толкуют с экранов телевизоров и в церквях. Сегодня церковь - последнее место, куда стоит идти за верой. Последнее место, куда стоит идти за богом. Речь идет о той вере, которая есть знание. Ты веришь не потому, что не знаешь и не можешь постичь. Ты веришь как раз потому, что знаешь, точно знаешь. Это тот самый миг, который пророчил (или вспоминал?) Кларк, - когда магия становится наукой.
И будет Великая битва. Битва за мир людей, но на равнине Вигрид свою бессмертную кровь будут проливать боги. И это, наверное, правильно, ведь за тем люди и создавали богов: чтобы те защищали их от внешнего мира, злого и агрессивного мира за пределами «пещеры». Теперь люди считают, что в богах больше нет необходимости. Но так ли это? Быть может, их заставляют так считать? Потому что вор уже в доме, он уже добрался до самого главного и стал хозяином положения. Он сжег все книги, уничтожил те достижения, которых добились люди, и заставил их поверить в то, что никаких достижений не было. Через газеты, телевизор, интернет он поселился в голове человека и поколение за поколением по крупице вынимал из закромов сознания правду, память.
Теперь, видя все это со стороны, Карн не понимал, как можно было так ошибаться? Как он столько лет жил в системе, главная цель которой - уничтожить его, как личность? Как человека свободного, мыслящего, творящего! У которого есть свой мир и свой бог! Как можно поклоняться мертвым? Как можно рабски молить о пощаде? Ведь это верх эгоизма - веди себя хорошо ЗДЕСЬ, чтобы ТАМ тебе зачлось. Не лги, не кради, не прелюбодействуй ТУТ, чтобы ПОСЛЕ у тебя всего было вдосталь. И ведь ОНИ поступают именно так! Разбивают лбы о брусчатку, целуют кости, постоянно осеняют себя знаком, о происхождении которого никому из них ничего не известно! Лицемеры, большинство из них никогда не открывали книгу, которую они считают священной, и НИКТО из них не живет так, как им предписано жить их ГОСПОДИНОМ. Они такие, потому что такими НАДО БЫТЬ. Они добрые, потому что надо быть добрыми. И они пытаются сделать других такими же, ведь им и это «зачтется». Плюсанется в карму.
С этими невеселыми мыслями Карн заснул. Однако спал он на удивление хорошо и спокойно. Ифрит с альвом, кажется, бубнели до утра. Но это уже их проблемы. Лично он собирался раздавать пиздюлей Ангелам на трезвую голову.
***
Они уходили группами по тринадцать за раз. Это был предел, большее число сущностей Вик не мог переправить в Лимб одновременно. По идее последняя группа должна была измотать его донельзя, но юный шаман потребовал, чтобы Тот составил для него стимулирующее зелье. Что-то на основе настойки женьшеня. Часов через двадцать он упадет, как подкошенный, и проваляется так с неделю. Если, конечно, выживет в бойне, что им предстояла.
Первыми ушли наги. Их князь, Шеша, попросил Эрру, чтобы его воины стали авангардом армии Древних Богов. Бог войны не хотел рисковать нагами, это был его козырь, своеобразный мифический спецназ. Он предполагал, что в Лимбе их могут ждать. И его сомнения подтвердились. В месте перехода нагов атаковали Ангелы. Их было почти три сотни, первая группа нагов полегла едва ли не в полном составе, выжили только двое, Шеша, который не собирался отсиживаться за спинами своих воинов, и его правая рука - Полоз.
Но первая группа сделала главное - они сумели укрепиться, создать плацдарм, прикрывая вновь прибывающих. Как только последняя группа нагов покинула митреум, Шеша нанес акцентированный удар в сосредоточение ангельских порядков. Семьдесят два нага бились с тремя сотнями ангелов и к тому моменту, как Тот, Рокеронтис и Карн оказались в Лимбе, оставшиеся в живых пернатые твари уносили ноги. Их выжило чуть больше двух десятков, наги потеряли четырнадцать бойцов. Услышав эти цифры, Карн не мог не подивиться отваге и воинскому умению змеев.
Вслед за нагами пошли джины и ифриты, за ними сатиры, дриады, фавны и все дети леса. Потом в Лимб выдвинулись альвы, их темные братья, исландские духи стихий. За ними великий восточный дракон, Ямата-но ороти, который в Лимбе смог принять свой истинный облик, повел остатки своего народа - несколько жарохвостых кицунэ, объединенную группу сагари и гаки, двух инугами, целый отряд тенгу и, конечно, они, огромных звероподобных воинов, которые, как говорят, в бою не уступали нагам.
Шествие японских отрядов замыкал неповоротливый гашадокуро, огромный, под тридцать метров высотой, бесформенный скелет, который постоянно рыгал какой-то вонючей дрянью. Как Ямата-но ороти уговорил эту тварь пойти в бой против Иных Богов, для всех осталось загадкой.