Эрра жестом попросил у Вика зажигалку, скорее для Карна, чем для себя, и шагнул в темноту. Карн, не раздумывая, последовал за ним, хотя это место не вызывало у него никаких положительных эмоций. Он смутно припоминал свои ощущения, оставшиеся от прошлых посещений этого... митреума. С одной стороны место казалось ему каким-то холодным, отталкивающим, в нем чувствовалось что-то мерзостное, не свойственное человеческому миру. И в тоже время неодолимое любопытство вздымалось в мятежной душе Карна, его будто тянуло туда. Тянуло и одновременно отталкивало. Кажется, так иногда бывает и с людьми.
- Вик, ты первый, - скомандовал Эрра, когда все четверо вошли в помещение. Для четырех человек комнатка оказалась откровенно тесноватой. Еще большее неудобство создавал обвалившийся пол, который фактически представлял собой сетку из бетонных перекрытий, под которой зияли черные ямы, переполненные отбросами и нечистотами.
Каково же было удивление Карна, когда Вик непринужденно подошел к круглому лазу, располагавшемуся в дальнем правом углу помещения, обернулся, кивнул ему в неверном свете бензиновой зажигалки, подобрал полы плаща и просто прыгнул вниз.
Карн тихонько ахнул. Он осторожно подошел к отверстию в полу, Эрра следовал за ним, держа зажигалку высоко над головой. Карн заглянул в круглый провал диаметром не больше метра и увидел только глину, песок и немного мусора. Ход, если он там вообще был, казался заваленным. Он обернулся.
- Давай уже, - нетерпеливо поторопил его Рокеронтис. - Тебе ж сказали, это всего лишь иллюзия. Мера предосторожности. Самая, как оказалось, эффективная. Церберы, понимаешь ли, привлекают слишком много внимания своим лаем!
Карн улыбнулся и одернул себя, действительно, чего тупить то? Он уже и так поставил все на этих ребят, не довериться им сейчас, после всего случившегося, было бы действительно глупо. Мысль показалось здравой. Поэтому Карн выдохнул и прыгнул в лаз. Он еще успел удивиться, как же Эрра со своими габаритами вообще пролезает в это отверстие? А потом его захлестнуло чувство свободного падения, и темнота сомкнулась вокруг.
***
Он падал не дольше двух-трех ударов сердца. Когда ноги коснулись пола, Карн чуть пошатнулся, удерживая равновесие, открыл глаза и обнаружил, что темнота сменилась фосфоресцирующим зеленоватым свечением. Он будто прошел сквозь пелену непроглядно-черного тумана, на секунду поглотившего все органы чувств. Теперь мир снова обрел краски, звуки, запахи.
Он стоял посреди небольшой квадратной комнаты, стены которой были сложены из грубо обработанного камня. Пол и потолок не отличались от стен ни материалом, ни структурой, - все тот же серый, выщербленный от времени и влаги камень.
- Это известняк, - Вик, стоявший в двух шагах от Карна, проследил за его взглядом. - Хороший проводник. Весь митреум изнутри обложен известняком, а с внешней стороны - гранит. Между плитами известняка и гранитной кладкой - полметра кварцевого песка с высоким содержанием свинца.
- Чтобы экранировать помещения, - кивнул Карн. - Я понимаю, о чем ты. По тому же принципу построена Великая пирамида в Гизе.
- Верно, - согласился Вик. Он в отличие от Эрры и Рокеронтиса совсем не удивлялся познаниям Карна. Или делал вид, что не удивляется. - Только сейчас тебе лучше сделать шаг в сторону.
- Чего? - Карн шагнул вперед быстрее, чем понял, что от него требуется. За его спиной из круглого отверстия в потолке вынырнул Эрра. Мягко приземлился на носки, чуть присев, и отошел, уступая место Рокеронтису.
- Я же говорил, - улыбнулся бог разрушения. - Отменная иллюзия! Сам бы поверил, если б не знал. Трудно представить, но каких-то семь-десять веков назад у нас еще хватало сил на такие фокусы.
Он вдруг сделался очень грустным. Карну даже стало жаль его. Ну не смешно ли - смертный жалеет бога?
- Пойдем, - Эрра отбросил в сторону вуаль печали и направился к единственной двери. - День был долгим. Тебе нужно отдохнуть. Всем нам это нужно.
Карн двинулся за ним, по пути осматривая потолок комнаты, в который были вмонтированы полусферы примерно по десять-пятнадцать сантиметров в диаметре. Он не смог понять, из какого материала изготовлены эти необычные осветительные приборы, они напоминали морские жемчужины, матовые, с глубоким, величественным блеском. Именно они излучали зеленоватый фосфоресцирующий свет, заполнивший окружающее пространство.