В дверь тихо постучали, и заглянула женщина, наказавшая до этого сразу двух альф:
-Оливия, позволишь войти?
Мне казалось та, что была столько лет во главе стаи, должна как минимум быть властной. Но передо мной на кресле сидела притихшая женщина, виновато отводящая глаза.
-Я не стану оправдывать бестолковых мальчишек, - собралась она с духом. – Ты можешь покинуть нашу деревню уже сегодня. Твои родные уже едут сюда. Но я тебя умоляю, как мать, как женщина, пожалуйста, не отвергай их сразу. Дай этим бестолочам хотя бы один шанс!
ВОЛК
Со стороны можно было подумать, что я родился с серебряной ложкой во рту: единственный альфа из всех щенков. Но у отца на этот счёт было другое мнение. Он строго придерживался постулата: кому много дано, с того и спрашивается больше. Тренировки ума и тела, жёсткая дисциплина и серьёзный разбор полётов за озорство. Меня не лупили, не ставили в угол, не лишали прогулок, но выслушивать претензии отца и заниматься самокопанием под его чутким руководством – то ещё удовольствие. Я привык выверять каждый свой шаг, обдуманно взвешивать любое решение. Учёба в ВУЗе, а затем работа, казалось до совершенства отшлифовали эти качества. Когда стоишь возле операционного стола и понимаешь, что твоя небрежность будет стоить и так не особо длинной жизни одного из хрупких созданий природы, концентрируешься почти на автомате.
Но вся моя хвалёная выдержка полетела в тар тарары, стоило нежному аромату коснуться моих ноздрей. Я несколько раз видел однокурсницу племянницы и её подруги на фотографиях. «Симпатичная, - мелькала мысль. – Замутить бы с ней». Но подруги родных всегда были для меня табу. А тут. Девчата сдавлено хихикали, наблюдая, как у взрослого мужика поехала крыша от запаха пары. Пара! Ничего нет дороже для оборотня! Даже потомство всегда будет стоять на втором месте. Истинная священа. Посмевший отнять её пожизненно станет изгоем, если выживет, конечно. Любая из наших женщин будет счастлива обрести свою половинку! И это более обоснованное название, чем у людей. Но как быть, если та, что родилась именно для тебя, человек? Сколько раз я видел измученных противоречивыми чувствами волков, пытавшихся завоевать сердце единственной. И почему девушки так холят и лелеют свою гордость, отталкивая того, к кому их и самих тянет магнитом? Люди всё время стремятся всё усложнить невероятно.
Я снова сел на студенческую скамью, лишь бы быть рядом с любимой. Стал для неё лучшим другом, рыцарем без страха и упрёка. Грыз мысленно свой хвост, сдерживая естественное желание: схватить-утащить-овладеть.
Но снова и снова стискивал зубы и ухаживал по законам людей.
Восход красной луны разрушил все благородные порывы. Я сам не понял, как обратился. Мой зверь, упорно рвавшийся всё это время на свободу, рванул к своей паре, используя древний ритуал охоты.
Девчата неслись рядом, пытаясь образумить, уговорить остановиться. Но волку было наплевать на чьи-то слова. Он только чувствовал свою самочку и стремился поскорее соединиться с ней, заклеймить, сделать своей, доказать, что достоин её любви.
Я смог взять зверя под контроль лишь взглянув в полные обречённого смирения глаза. Оливия готовилась к смерти. Других мыслей она и не допускала. Даже до моего волчары дошло, что же он натворил. Я уже собирался по-тихому смыться и, обратившись, вернуться на поляну, типа только сейчас нашёл подружку. Но сверху на меня налетел мой друг детства, готовый порвать соперника за свою пару.
Права тётя Саша, мы сами всё испортили. Зарубили все шансы на корню.
Когда она поднялась наверх два альфа-придурка, поджав хвосты, скрестили пальцы на удачу.
Я сидела, уставившись в одну точку на стене: нужно было хоть как-то упорядочить тот водоворот информации, что лился на меня сметающим все знания о мире потоком. Трудно осознавать, что твои представления о действительности, мягко так скажем, не совсем правильные.
А ещё в памяти всплывали, сменяя друг друга образы смеющегося Айдара, моего сокурсника, оказывающегося неизменно рядом, чтобы прийти на выручку даже по незначительным поводам; виновато глядящего Максара; заплаканных Александры и Раданы; больной девушки и буквально умирающего рядом с ней мужа.