- Когда тот человек поднимал меня из подвала, он ругался, что я вешу кило… грамм семьдесят. - Ответила Луна, не шевелясь. - Правда, я не… знаю, много это или нет.
Я прикинул размеры распластанной в бессилии кобылицы. Глаза Луны, когда она стояла прямо, находились почти на одном уровне с моими, при моем росте метр семьдесят. Селестия же, если верить снам, была на голову выше меня-человека, а будучи гепардом, я мог свободно пройти под ней.
- Хм, если сравнивать с земной пони, ты должна весить раза в два больше. Но как для своих размеров, у тебя нормальный вес.
Тихо застонав, Луна дернула задней ногой. Отведя тряпку, я увидел неглубокую косую царапину. Шерсть вокруг нее окровавлена. Наклонившись и удерживая ногу чуть крепче, я нежно лизнул теплую рану, ощущая неровные края и солоноватый вкус крови. Со стоном дернувшись вновь, Луна приподняла голову. Я продолжал вылизывать, чистая плоть влажно блестела в свете лампы. Встретил удивленный взгляд Луны. Не знаю, что прочла она в моих глазах - я спокойно, даже с некоей отрешенностью сделал так, как считал нужным. Слегка улыбнувшись, принцесса благодарно кивнула.
- Таки вставай, давай. - Поскреб ногтями серединку копыта.
- Эй! - Возмутилась Луна, отдергивая ногу. Рассмеявшись, перешагнул через пони и, кинув тряпку в ванну, ушел на кухню. Возня в коридоре сменилась приближающимся стуком копыт. Устало зевнув, Луна села на табурет.
- Спасибо, нагулялась вдоволь.
- На здоровье. Хорошо, что получила удовольствие.
Развязав стягивающую свитер бечевку и расстегнув молнию, аккуратно снял пыльную одежду с аликорна и отнес в ванную. Затем, поочередно поддерживая распахнутые крылья на весу, вытер их влажным полотенцем. Судя по морде Луны, такой уход был ей очень приятен.
Нехитрый поздний ужин - наполненная через верх тарелка пшенной каши, одна на двоих, и горячая вода.
- Благодарю. - Вытерев губы ногой, Луна допила свою чашку. - У меня есть вопросы о нашей прогулке, но-о-о… - Речь перешла в долгий зевок, скромно прикрытый копытом. - Я все спрошу завтра.
- Ага.
- Погоди-ка. - Луна потянулась ко мне, коснувшись копытом груди. Я ожидал, что кобылица поцелует меня, но она аккуратно выщипнула губами крупинки пшена из бороды и усов. Было щекотно чувствовать ее милую ответную заботу. И Луна, должно быть, догадалась об этом - она смущенно опустила взгляд.
- Воплощение смущения, - я взлохматил ей гриву на макушке. - Луняшка, не будь стесняшкой.
Уклонившись от руки, любимая озорно улыбнулась:
- Ох, получишь ты у меня, за «Луняшку».
- Завтра, завтра, Луняшка, все будет завтра. - Отмахнулся, убирая тарелку. - Иди уже спать.
Луна ушла, и сразу я услышал странные звуки - будто кошка точит когти об ковер. Удивленный, вышел из кухни, чтобы увидеть не менее странную картину: пони шла к дивану, с усилием отрывая ноги от ковра, при этом раздавался скребущий звук.
- Это что такое? - Поинтересовался, включив свет.
- Мои копыта после прогулки снова иззубрены, потому цепляются.
- Помочь?
- Ну?.. Попробуй. - Луна изогнула шею, ожидая моих действий.
Подойдя к пони сзади, я склонился над крупом и, взяв за голени, поднял обе задние ноги.
- Шагай.
Луна глухо всхрапнула, что больше походило на придушенный смех, и зашагала к дивану на передних ногах.
- Ты всегда так непосредственно помогаешь? - Со смехом вопросила пони, укладываясь. В ее глазах плясали задорные искорки.
- Всегда. - Покладисто ответил, укрывая Луну.
- Это была очень скорая и неожиданная помощь. Я не предполагала, что меня вот так поднимут.
- Доброй ночи. - Поцеловав красавицу в щеку, укрыл с головой.
- Постой, все забываю сказать тебе. - Луна высунулась из-под одеяла. - Когда ты утром ходишь мимо меня спящей, пожалуйста, ходи обычным шагом. Я хорошо слышу, и крадущиеся шаги пугают намного сильнее, нежели шаги обычные. Гораздо важнее не напугать меня, а не разбудить.
- Я понял, хорошо.
- Спасибо.
На кухне домыл посуду, выключил всю электронику и уже в полной темноте прошел в спальню. Скинув одежду, подошел к окну закрыть форточку и глянул на улицу. Там царила зима, щедро рассыпая над городом снег. Дома подслеповато щурились заиндевевшими окнами.
Опершись руками на подоконник, я прижался лбом к стеклу и тихо пропел куплет какой-то позабытой песни:
Время смотрит загадочно
Миллионами глаз.
То, что вечно и сказочно
- не для нас, не для нас.
Луна - не для мира Земли. И живет только благодаря моей заботе и ласке. О пережитых ей несчастьях я знаю лишь отрывки, поведанные во сне Селестией, да еще немного со слов самой Луны. Судя по всему, моей принцессе было очень трудно выжить здесь. Неужели, отвергнув Эквестрию, она решится остаться ради меня?