Глаза существа горят во мраке, словно в хрустальных сосудах перетекает играющий оттенками зеленый пламень. ОНО пристально рассматривает меня, затем тронуло губами грудь. От самого моего сердца по телу струится приятный холодок, боль нехотя схлынула, продолжая липнуть ко мне мерзкими кляксами.
- Очень сочувствую, что так все случилось. - Шепнула пони, ткнувшись носом в плечо.
«Сочувствует? А откуда-а-а?..»
- А-а-анр-рх! - Воспоминания о случившемся острым жалом вонзились в живот. Застонав, я согнулся и еле устоял, но Луна, схватив меня телекинезом, крепко прижала к груди.
От боли я с трудом мог вдохнуть. Аликорн отстранилась, все также удерживая в магическом захвате.
- Откуда знаю? Я ведь с тобой, и все чувствую. - Грустно ответила она.
Ее гипнотический взгляд несет спокойствие и безмятежность, растворяет боль, расслабляющиеся мышцы наливаются силой и приятным теплом. Я завороженно смотрю в бездонную черноту зрачков, касаюсь пальцами морды, нежно почесываю трепещущие ноздри. Аура, мерцающая вокруг рога, погасла, и поддерживающий меня телекинез рассеялся.
- Теперь тебе должно быть лучше. - Сказала целительница, когда я твердо встал на ноги.
- Спасибо, милая.
Уткнулся носом к носу Луны. Она тепло тронула мои губы кончиком языка.
- Давай покатаю тебя, ты ведь мечтал покататься на Луне. И теперь я под тобой не рухну.
- Луна, ты такая мощ-щ-щная. - С восхищением выдохнул я, когда аликорн повернулась боком. Провел рукой по мускулистому плечу, глядя как под пальцами рассыпаются синие искры. Любимая теперь больше походила на земную ломовую лошадь, нежели эквестрийскую пони - приземистая, с короткой шеей, могучим телом, сильными ногами. Уши задорно торчат из пышной гривы, а неровно уложенные перья восторженно топорщатся в ожидании веселой игры.
- Конечно, я же могу изменяться. - Хохотнула Луна. Поставив переднюю ногу на мою ладонь, подпрыгнула, быстро уменьшаясь. Прищурившись, я с улыбкой погладил кончиком пальца голову маленькой Луны, стоящей на ладони.
- Дунь! - крикнула она.
Дунул. Взмахнув крылышками, поняшка кувыркнулась через голову и обретя прежние габариты «ломовика», приземлилась рядом, с глухим ударом впечатав копыта в невидимую земную твердь.
- Садись! - Луна ободряюще хлопнула крылом по моей спине.
Погладив шею и ласково растрепав гриву кобылицы, я оседлал ее.
- Ты чего творишь? - Удивился, заметив, что ноги намертво прилипли к широкой спине и округлым бокам, а руки - к шее Луны.
- У меня нет седла и узды, как иначе ты держаться будешь? - Обернулась пони через плечо.
- Хм-м…
- Я прокачу тебя! Покажу, что такое настоящий головокружительный полет! - Звонко засмеялась аликорн, распахивая крылья.
Ага, полет на живом одноместном самолете модели «Луна». Ладушки-лошадушки, готовлюсь к аттракциону - лег поудобнее на спину пони и наши тела тотчас слиплись.
Коротко разбежавшись, аликорн прыгнула, и мы ухнули в какую-то пустоту. Не будь я надежно «привязан» к Луне столь странным способом, то моментально слетел бы с ее спины.
Мрачный космос, глубокий и древний, не вызывает чувства гармонии, умиротворения, желания слиться с ним воедино. Нет, глядя в него, я испытываю благоговейный страх, тревогу, ощущая себя не частью Вселенной, а жалкой пылинкой, все помыслы и деяния которой ничтожны перед ее величием.
Уверенными движениями крыльев Луна рассекает причудливые глубины темного пространства. Звезды столь далеки, что слабый свет их едва различим. Космос этот не был бескрайней пустотой, он то простирался вдаль, то изгибался странными волнами, то сворачивался крутыми витками пространственной спирали. Я замечал это, когда свет звезд вытягивался в мерцающие закрученные нити, а сменяющаяся гравитация швыряла нас с Луной и меня мутило от резких прыжков верха и низа.
Сдержав тошноту после очередного кульбита притяжения, я всматриваюсь в расползающееся перед нами галактических размеров скопление пыли и газов. Перемещаясь, искрясь и сверкая потоками энергии, облако меняло форму, словно гонимое ураганным космическим ветром. Змея? Дракон? Насекомое? Будто угадав мои сомнения, это причудливое, устрашающее существо повернуло голову, следя за нами пылающими глазами солнц. Неисчислимые огни прокатываются по его телу волнами слепящего света.
- Луна, тут неуютно. - Поделился я первыми впечатлениями от прогулки.
- Я знаю. - Ответила она чуть равнодушно. И ринулась в ощеренную холодными сполохами пасть монструозного облака. Я заорал, извиваясь от боли - яркие молнии пронзали тело сотнями раскаленных ножей, обжигая плоть и полосуя мышцы.