«У него хризолит и он абсорбирует магию, как делал Лайри!» - Ужаснулась я, ведь самый мощный удар Найтмер теперь способен обратить себе на пользу, а значит, бить врага магией не только бесполезно, но и опасно.
- Пони, отступайте в город!
- Ваше Величество, вы приказываете оставить вас одну? - Недоверчиво спросил командир, не принимавший участия в захвате Найтмера, и потому оставшийся в живых.
- ДА! - Категорично рявкнула я, одарив единорога яростным взглядом. - Уводи всех прочь!
Стремительно засверкали вспышки телепортаций, ночное небо расчертили затухающие сполохи полетной магии пегасов.
Теперь мы были один на один. Властители дня и ночи.
Ты больше не отнимешь ни единой жизни. Пока я жива, ни один волосок не упадет с головы ни одного живого существа на этой земле.
Взлетев и оказавшись вне пределов досягаемости Найтмера, внимательно рассматриваю противника. По всему телу человека вьются причудливые зеленые нити магии - исходящие от хризолита, вспыхивая и мерцая, они извиваются, разветвляются, формируя доспехи. Голос преображающегося существа рокочет в тишине, подобно раскатам грома:
Горяч был Солнцекрупой свет.
Достойным будет мой ответ.
И мощь мою не превзойти:
Вечная ночь не даст взойти
Живому Солнцу, ведь оно
На мрак и смерть обречено.
На моих глазах Найтмер изменяет облик, и я не могу оторвать взгляда от этого завораживающего зрелища. Фиолетовые огни скользят по его телу при каждом движении, и неисчислимые витиеватые магические узоры переливаются, мерцают, изменяются, сплетаясь и разветвляясь. Изящная легкая броня выглядит иллюзорно-хрупкой. Множество черных щитков, подобно десяткам насекомых, смещаются, двигаются, сцепляясь гранями, охватывая ноги и тело. Могучие руки медленно шевелят когтистыми пальцами, выжидая момент впиться в жертву и растерзать ее. Шлем же, скрывший голову, сам являлся подобием звериной головы, оскалившейся в жуткой кровожадной усмешке, обнажая острые зубы. Напитанный моей энергией, хризолит сияет на груди. С плеч Найтмера ниспадает огромный плащ - будто жидкий огонь, смешанный с кровью, растекается по земле, и жаркие языки огня трепещут в жадном нетерпении.
Замечаю, что зеленые магические нити сплетаются не только лишь на броне врага, но и в воздухе перед ним, выстраивая неведомую мне сложную конструкцию: из массивной коробки росли шесть длинных труб, соединенные меж собой вдоль подобием одной большой трубы. Что бы это ни было, ясно, что сейчас я в полной мере испытаю на себе мощь этого оружия.
- Ваше Сиятельство, советую спуститься, а то падать с высоты больно. - Ласково предупредил Найтмер, взявшись за рукоятки. Трубы завертелись с безумной скоростью вокруг общей оси, издавая ужасающий вой, и в мою сторону устремился поток магии, сформированной неизвестным мне образом. Едва успеваю выставить магический барьер, но он, к моему ужасу, не выдерживает столь яростного напора. Мириады крохотных частиц мгновенно изорвали щит в клочья. Усиленные магией доспехи продержались чуть дольше, их защита разлетелась вдребезги. Я извиваюсь и кричу от боли, пронзаемая насквозь бесчисленными острейшими иглами, что вышивают в горячей плоти узоры из разорванных нитей нервов.
Теряю высоту и падаю наземь. Сильный удар… Тяжело дыша, пытаюсь уразуметь, что со мной произошло. Броня местами оплавилась, на физическом теле - множество ожогов от сгоревших рун, «тонкое тело» превратилось в решето, и неконтролируемые потоки магии били, хлестали, струились из всех ран.
Никогда, никогда прежде еще мне не доводилось ощущать себя столь жалкой, беспомощной и разбитой: взор затуманен, голова кружится, тело словно ватное, не слушающееся, копыта трясутся. А ведь бой лишь начался…
Взгляд прояснился, я вижу несущуюся прямо на меня чудовищную тварь. Собравшись с силами, направляю удар магией по ногам неумолимо приближавшегося противника. Даже не надеясь нанести какой-либо урон, а хотя бы выиграть время.
Враг споткнулся, замедлился и этого промедления мне хватило, чтобы встать, подобрать глефу и принять оборонительную стойку.
Найтмер в прекрасных доспехах. Броня сверкает так, словно состоит не из призванного металла, а из тысяч языков ослепительного пламени. В руках - массивная секира, пышущая жаром, готовая вонзиться в плоть и испить королевской крови.