Завитки тумана яростно взвихрились, и мне послышался чуть различимый шепот:
- Тьма вечна, а ты - нет.
В последний крик я вложила всю боль, ненависть и ярость, крохи которых еще оставались в моей душе. И высвободила разом всю скопившуюся в теле огненную мощь.
От Кантерлота до восходящего Солнца протянулась нестерпимо яркая сияющая игла. Раскаленным штрихом расчертила она небосвод, вонзилась в светило, вошла в него вся без остатка и бесследно исчезла.
Вытащив из тени «лечилку», я приложила ее к обожженному рогу, дождалась исцеления, затем, запрокинув голову, наколдовала небольшую тучку и с наслаждением выжала воду из нее в рот. А уже из тучки побольше окатила себя водой с головы до копыт и блаженно застонала. Та-а-а-ак… Ощущаю неприятную опустошенность, но зато я снова синяя, и в гриве снова космос, чудесно. Обсохнув в потоке теплого воздуха, я вернулась в комнату Селестии.
Принцесса Луна, вы прекрасны.
Спасибо вам, что небо снова ясно.
Поприветствовала меня шаманка. Пони, подпитывавший Селестию, куда-то слинял.
Бережно подняв телекинезом сестру, я отнесла ее на балкон, где уложила на подушках. И прикоснувшись рогом к рогу, попыталась осторожным движением магии пробудить родную.
Ее ресницы дрогнули, последовал долгий неуверенный вдох. Кончик белого рога чуть засиял, и я с замиранием сердца следила, как золотистая магия наполняет виток за витком, постепенно нисходя к голове. Но тут Селестия хрипло выдохнула, и сияние угасло, не достигнув основания рога.
Вобрав в себя немного солнечной энергии, я дождалась нового вдоха и снова влила живительный поток в рог сестры. На сей раз успешнее - волна магии омыла ауру аликорна, проявляя зияющие по всему астральному телу рваные дыры. И я, все так же «глотая солнце», сосредоточенно латала их одну за другой. Ненадолго прервавшись, призвала фестрала из тени, попросила принести «целители».
Зекора тем временем колдовала среди пробирок и колб.
Шевельнувшись, сестра с тихим стоном приоткрыла глаз.
- Луна?..
Я тут же склонилась к ней:
- Да?
- Где Найтмер? - Горечь, страх и тревога звучали в этом вопросе. Во что бы то ни стало, в первую очередь правительница желала знать судьбу своей страны.
- Низвержен. Навечно. - Тихо и твердо ответила я.
С облегченным выдохом Селестия мгновенно обмякла, напряжение покинуло ее.
- Спасибо, Луна. - Шепнула она, слегка улыбнувшись.
- Как ты, Утренняя пони? - Я постаралась придать голосу веселую нотку.
- Жива, благодаря одной сумасшедшей Лунной пони. - Парировала Тия, закрыв глаз.
- Выздоравливай, сестренка. Не для того я надрывала круп, чтоб тебя хоронить.
- Оставь меня здесь погреться.
Точно, подумала я, бинтом приматывая «целители» к ноге сестры. Астрал я ей заштопала, теперь она сможет восполнить силы, греясь на солнышке.
- Грейся, родная, а я распоряжусь о еде для тебя.
Пояснив ситуацию Зекоре и похвалив ее за успешное лечение, я направилась в кабинет.
***
[ Найтмер \ Воспоминания ]
Мы подождем. Мы подготовимся, учтем ошибки. Продумаем идеальный план нашей мести. Рано празднуешь победу, Селестия. Ты еще не знаешь, что обречена.
И вот наша жертва убегает от нас, в прямом смысле. В неизвестном направлении, оставляя нас на этом пыльном космическом камне! Благо, появление портала в другой мир с отвратительным названием Земля дало и нам возможность вырваться из чар Элементов Гармонии, сковавших ночное светило. Среди сплетения многих снов и страхов, мы наконец находим лунокрупую. От нас не спрячешься, глупышка.
Как много пришлось тебе пережить на Земле. И как много пользы мы можем вынести из твоего бедственного положения. Хм-м, да тут еще и ее спаситель, он оберегает Луну, поддерживает, даже пробился в глубины созданного кошмара и отобрал поняшку у нас. Сколько в нем энергии, сколько мощи. Используя его, можно поставить на колени всю Эквестрию. Мы ждем, но не бездействуем. Мы проводим громадную работу. Продумываем все до мелочей. Используя безобидную поняшку-служанку, мы следим за врагом в его же доме, выясняем и предугадываем планы Тиюшки. Она готовится к возвращению Найтмер Мун. Нет, мы преподнесем ей сюрприз. Теперь эта белоснежная гадина узнает, каково это - позорно проигрывать. Цена наших давних страданий будет очень высока...