Зачарованные Луной исцеляющие артефакты помогали далеко не всем. Кто-то ослабел от кровопотери, в чьем-то теле засело множество осколков стекла и нужен был хирург. Одни пони потерялись в урагане событий и не знали, куда податься. А другим возвращаться было уже некуда.
В комнате отдыха для врачей Мортем сидел на диване, уставившись невидящим взглядом в пространство. Его нервно подрагивающие копыта держали пузырек с какой-то жидкостью.
- Пониин… - Пробормотал врач. - Страдоголов. Выпить, и голова перестанет страдать. И тело перестанет, и душа. Всего лишь выпить.
Вздохнув, Мортем запрокинул голову на спинку дивана и не отреагировал, когда в комнату вошел гвард.
- Доктор Мортем, вы нужны в восточной комнате для горничных.
- А другие? - Безразличным тоном спросил врач, все так же сидя мордой в потолок.
- Нужны именно вы.
Подойдя вплотную, пегас в золотой броне зубами выхватил склянку и упрятал ее под крыло. Вздрогнув, Мортем уронил голову.
- Жить не дают. Помереть тоже не дают. Что за жизнь? - Вяло вопросил он, глядя на пустые копыта.
- Вас донести или… - Осведомился стражник.
- Пойду сам! - Злобно окрысился единорог и магия его на мгновение яростно вспыхнула, а затем бессильно угасла. - Веди давай.
Коридор, еще коридор. Прекрасно зная основные части Кантерлотского замка, Мортем просто плелся за гвардом, отрешенно отмечая, что «лечилками» не запасся, а его собственных моральных сил хватит разве что на заживление царапины. Или, скажем, вправление вывиха хвоста…
Стоящий у двери гвард молча кивнул прибывшим и пропустил их в комнату.
- Пони там одна, не ошибетесь. - Указал сопровождающий Мортема пегас в сторону двухъярусных кроватей и отступил с порога.
Неприятное чувство овладело единорогом, не так давно посещавшим эту комнату горничных. Здесь уже не было его жены, да и пациентка, на первый взгляд, не особо нуждалась в услугах врача: свернувшаяся калачиком, она мирно сопела под одеялом, носом к стенке.
Все же, отринув сомнения, Мортем подошел к кровати и магией потянул край одеяла. Желтая грива с черными прядями кажется болезненно-знакомой. Но-о-о, мало ли в городе желтогривых поней?..
Полностью откинув одеяло, Мортем увидел кьютимарку спящей и сердце его екнуло - сплетенные розы! Крупная серебряная и две малые алые.
Поняшка спросонок захныкала и ощупью попыталась укрыться, но не найдя чем, нехотя перекатилась на спину.
- Х-х-хр-ркх!..
Возглас застрял в горле единорога и он чуть не рухнул на ровном месте.
- Х-нх… Харди, ты?.. - Мортем наконец совладал с собой.
- Ну, я, а что? - Кобылка потерла глаза. - Морти, ты же знаешь, что входить вот так в комна…
Но Мортем ее не дослушал. Испустив нечленораздельный радостный вопль, он стащил супругу с кровати и крепко обнял.
- Харди, моя Харди, родная моя, Розочка любимая, ты жива! - Рыдал он, прижимая ошарашенную кобылку к груди и зарываясь мордой в пахнущую медом гриву.
- Э-эм, Морт, ты чего это? - Харди даже не пыталась высвободиться и лишь напряженно сопела. Разумеется, она знала запах крови, но в таком одуряющем количестве, да еще вперемешку с конским потом и медикаментами.... Что-то было явно неладно. Пытаясь как-то восстановить равновесие и понять происходящее, пони поискала взглядом часы.
- Три часа утра? Как я все проспала?!
Харди чуть не взвилась, словно подорвалась на мине, но Мортем удержал ее в объятиях.
- Розочка, я безумно рад, что ты жива и я не сумел никого убить. - Шептал он, целуя ее мордочку.
Харди уперлась копытами в грудь мужа.
- М-морт, - почти жалобно простонала единорожка, - может ты объяснишь наконец, что случилось?
Стражники с интересом слушали вопли Мортема, подглядывая в щель приоткрытой двери. Переглянувшись, они кивнули друг другу и каждый дважды тронул копытом синюю звезду на нагрудной броне. Иллюзия рассеялась, явив истинный облик воинов, но в коридоре некому было удивляться этой перемене.
Фестралы молча провалились в тени под собственными ногами. Задание Лунар Эклипс выполнено успешно.
***
[ Лайри \ Покои Луны ]
Мрак…
Сознание оживает медленно и неохотно, первое, что оно принесло - боль. Так же медленно и неуклонно расползающуюся по телу.
Впечатление, что меня проутюжили танком, затем лопатой сгребли смешанный с землей фарш, запихали его в «форму» наподобие человеческого тела и сунули в морозилку. Теперь я - эта самая глыба льда, которую вытряхнули оттаивать на койке.