- Сестра, к сожалению, Филомина воспринимает Лайри как врага и не соглашается со мной. Ради безопасности твоего друга помести ее пока что в клетку.
На сей раз птичка была лишена всякой возможности протестовать: магическими кольцами Луна стянула Филе клюв, крылья и ноги, и освободила, лишь водворив за решетку. Да еще и замок заколдовала. Полыхающая гневом взъерошенная жар-птица не сводила с меня горящих ненавистью глаз.
В интересное окружение я однако попал: красивый замок, общительные и охочие до почесов поняшки, искусные в магии единороги, чокнутые ядерные пернатые. Если я таки сдох от ранения и лечения, то альтернативная реальность вполне себе увлекательная.
Поработал пальцами, проверяя состояние - мышцы ныли словно перетруженные, но, к радости моей, были целы. Вытерев кровь с пола полотенцем, Луна сунула его в корзину, стоящую возле кровати, а невостребованные талисманы закинула обратно в тень. Не удивлюсь, если у нее там в тенях припасены торт, кровать, внедорожник и вертолет «Крокодил».
Несмотря на рассказ Джейд и предупреждение Луны, морально подготовившие меня, при виде Селестии я оторопел: словно долгая изматывающая болезнь отняла у правительницы все ее силы, истощив и обездвижив. Некогда прекрасная, аликорн лежала головой на высокой подушке, посеревшая, со срезанной гривой, куцым огрызком от хвоста, с голыми культяпками крыльев, жутким частоколом рельефно проступающих ребер и осунувшейся мордой. Рядом с кроватью стояла капельница, игла которой воткнута аккурат в «солнце» на бедре Селестии.
«И это я ее так изуродовал?!» - Подумал, внутренне содрогаясь от осознания своих действий. Пусть даже тогда все это делал не я, но…
Шевельнувшись, аликорн устремила на меня настороженный пристальный взгляд усталых розовых глаз.
- Уверена ли ты, сестра, что это тот же Лайри, которого мы знали?
Принцесса Ночи встала рядом со мной, покровительственным жестом крыла коснувшись моей руки.
- Я проверяла его подсознание, я боролась с паразитом, захватившим его сущность, и я твердо уверена: все злодеяния, совершенные Лайри, содеяны против его воли.
Сестры встретились взглядами.
- Луна, ты ведь не позволишь мне проверить это моими средствами?
Крыло темного аликорна заметно напряглось.
- Нет.
Селестия опустила глаза и задумчиво помолчала, будто желая этим испытать наши нервы.
- Подойдите. - Попросила она с мягкой улыбкой, вновь глянув на нас.
Сложив крыло, Луна приблизилась первой и ласково тронула носом нос сестры. Присев на кровать возле Селестии, я осторожно коснулся ее морды. Аликорн повела головой, как и Джейд, изучая мои замагиченные руки.
Мы вздрогнули от протестующего вопля запертой птицы и скрежета когтей по прутьям. Подхватив лежащий возле клетки полог, Луна накрыла свирепствующую Филю, почти сразу заставив ее умолкнуть.
Подняв голову принцессы, я бережно прижал ее к груди.
- Селестия, мне очень жаль, что так случилось с вами. - Прошептал я, склонившись к уху.
Аликорн завозилась, силясь подняться и я помог ей отстраниться, поддерживая голову на ладонях напротив лица.
«Кровь аликорна - божественный вкус!» - Внезапно прозвучал в памяти какой-то чужой торжествующий голос и я невольно напрягся, увидев иную Селестию: опаленную огнем хризолита, в покореженных оплавившихся доспехах, стиснутую меж каменных плит, с разбитой окровавленной мордой. И прямой взгляд ее, преисполненный лютой ненависти, был страшен.
- Я ни в чем не виню тебя, Лайри. - Изрекла Селестия, невольно разрушив иллюзию памяти. - Ты был орудием воплощения чуждых помыслов. Нельзя винить молоток, направляемый магией, что он бьет по чьей-то голове.
В последних ее словах проскользнула легкая ирония. Ага, если б это был всего лишь молоток. По виду Тии скорее можно предположить, что ее затянуло в турбину или камнедробилку.
Склонив голову, я уткнулся лбом в лоб аликорна и мы замерли, слушая дыхание друг друга.
- Гм-гм, вы уж простите старого педанта, которого по несчастному стечению обстоятельств уполномочили нарушать романтические встречи, но я обязан разнять вас. - Донесся голос от двери.
Осторожно уложив голову аликорна на подушку, я подвинулся, пропуская к принцессе профессора Штерна.
«О, мясо!» - В мыслях оживился я, когда за ним вошла изящная пони-зебра с высокой гривой-«ирокезом» и золотыми обручами на шее. Переметные сумки на боках зебры были чем-то наполнены.