Наконец я кое-как села, все еще всхлипывая и утирая слезы. Фикусощенок вопросительно тявкнул.
- Да-да, малыш, я все поняла, и меня даже не надо подкупать тортиком, - продолжая хихикать, я встала и протопала к искомому шкафу, до которого злополучная жертва моей чаефобии не могла дотянуться. Распахнула дверцы и впервые в жизни с воодушевлением окинула взглядом его содержимое.
- Итак... Какой сорт чая ты предпочитаешь?
***
[ Лайри \ Покои Луны ]
Расслабленно развалясь в глубоком мягком кресле и закинув ноги на подоконник, я вдыхал прохладный ветер, струящийся через приоткрытое окно. Высоко в небе маленькие серые тучки летали вокруг луны подобно множеству ночных бабочек, привлеченных светом фонаря. Мягкими кучерявыми боками терлись они о ночной светоч, ощупывая и пытаясь устроиться, но всякий раз промахивалась, скользили мимо и возвращались снова.
Вздрогнув, луна внезапно выпала через щель в бахроме тучек и оказалась в моем окне.
Во мраке комнаты свет луны кажется очень ярким, даже чуть слепящим. Я подобрал ее, золотисто сияющую и слегка прохладную. За миллионы лет чеканка стерлась, и на ощупь небесная монетка почти идеально гладкая. Шероховатые краешки ее все в крохотных щербинках.
С безлюдного двора веет осенней хладью. Несколько подсвеченных окон дома напротив близоруко щурятся сквозь умирающую листву. В мертвенно-желтом свете уличного фонаря промелькнула бродячая собака, уткнувшаяся носом в асфальт в поисках случайной крохи корма. Безымянная тень, зачем-то рожденная и для чего-то живущая.
На ладони моей лежит, быть может, одно из величайших сокровищ мира.
Щелчком пальца подбросив луну, я возвратил ее в усыпанное алмазами бархатное небо. Она светит равно для всех, никому не принадлежа. Никто в подлунном мире не имеет права на нее претендовать.
Лунная монетка впуталась в облачные кружева. И ночь стала светлее.
Ощутив поблизости движение крупного существа, я осторожно обернулся. В полумраке сверкнули знакомые изумрудные глаза.
- Мне интересно было узнать, что ты будешь с ней делать. А ты просто вернул ее.
Подойдя ближе, Луна вместе со мной глянула в окно. Светило имени Принцессы Ночи гордо светило в целости и сохранности.
Что-то мягко скользнуло по ноге. Я тут же извернулся и успел заметить длинный изящный хвост с пушистым облачком звездно мерцающих волос на конце. И крылья Луны… они были не птичьими.
- Лайри, чего ты?.. - Луна заметила, что я напрягся. Затем оглянулась на себя. - Ой, я? Прости, я… я не хотела тебя пугать.
Смущенно вильнув хвостом, кобылица неловко попятилась.
Недолго думая, я аккуратно и цепко ухватил ее за серебристую «кисточку» на ухе - Луна моментально замерла.
- Кто ты такая? - Тихо и с расстановкой спросил я.
Существо, пойманное за ухо, не съежилось тающим сгустком энергии и не растеклось по полу бесформенной лужей эктоплазмы. Улыбнувшись, оно смело посмотрело в глаза:
- Я - Луна Эквестрийская, что спас ты от произвола дурного человека. Я та, что спасла тебя от тирании кошмарного духа. Мой облик изменился после пережитых событий, и я забыла сменить его на привычный тебе.
- Позволь посмотреть на тебя. - Все так же удерживая ухо Луны, я шагнул ближе и нежно коснулся ладонью морды аликорна. Возражений не последовало, но Луна вновь смущенно опустила взгляд, из-под густых ресниц наблюдая за мной.
Аликорн лучилась неяркой синеватой энергетикой, и от прикосновений пальцев по ее телу расходились чуть заметные волны. Помассировав уши, я ласково скользнул руками по шее и плечам, космогривая богиня склонила голову, внимая движениям.
Обойдя Луну сбоку, осторожно раскрыл крыло - огромное, безлунно-черное снизу, оно искрилось сверху красивейшими круговоротами космических течений - раскручивающиеся от середины крыла, они замедляли свой бег на спине меж лопаток Луны.
С обеих сторон прижав ладони к кожистой перепонке, я провел пальцами по крылу, перебирая перышки, короткий густой мех и замечая чуть уловимый пульс кровеносных сосудов. Или то был пульс Вселенной?
Бережно сложив крыло, погладил спину и круп аликорна, обласкал контур сияющего полумесяца. И наконец, захватив странный хвост, похожий на львиный, прошелся пальцами по всей его длине, милуя каждый позвонок. Если б Луна умела мурлыкать, то момент для этого был идеальный.